Тем не менее, когда она позвонила, я даже обрадовалась. Она предложила встретиться. Я сразу согласилась. Ей хотелось меня поддержать, а я цеплялась за любую возможность получить поддержку.

Мы встретились на закате дня на веранде одной из многочисленных кафешек на Старом Арбате. Столики из ресторанчиков и кафе прямо высыпались на мощеную пешеходную дорожку, как будто уже не помещались внутри. Улица была залита мягким закатным светом, и это создавало еще более уютную атмосферу.

Расположившись на стуле напротив Высокомерной подруги, я поймала себя на мысли, что даже рада ее видеть спустя столько времени. Все-таки старая дружба не ржавеет, подумала я. Еще по пути на встречу я прокручивала в голове, о чем мы будем говорить. Мне хотелось рассказать ей все, что со мной произошло: про то, как страшно на похоронах, про то, как это больно, как тяжело было перестать принимать успокоительные препараты. Мне искренне хотелось, что называется, порыдать на плече у подруги. Фигурально выражаясь, конечно же. Рыдать по-настоящему я не собиралась, а вот пожаловаться и, возможно, рассказать несколько очень личных историй – да.

Однако, мы как будто обходили стороной эту тему. Я не знала, с чего начать. Она не хотела меня чем-то задеть. Когда же, вопреки моим ожиданиям, разговор наш вылился в обсуждение ее карьерных успехов, я начала вспоминать, почему же я все-таки перестала общаться с Высокомерной подругой. Нет, во мне не было ни капли зависти. Никогда не было, а тогда не было и подавно, потому что в тот момент все мирское казалось мне мелким и ничтожным. В какой-то момент Высокомерная подруга все-таки спросила:

– Ты вообще… как?

– Не очень… – смогла только выдавить из себя я.

– Я тебя так понимаю!..

Неужели?!

– У меня умерла прабабушка где-то год назад. Мама до сих не может прийти в себя.

Если бы это была театральная сцена, думаю, на этом моменте опустился бы занавес. В реальной жизни мне просто захотелось встать и уйти. И больше никогда не общаться с Высокомерной подругой. Тем не менее, я проявила чудеса выдержки, и мы спокойно попросили счет. Обменявшись еще парочкой ничего не значащих фраз и приглашениями в гости, мы пообещали друг другу обязательно созвониться. И я, с мыслью о том, что не буду больше никогда общаться с Высокомерной подругой, ушла в закат. Дословно. Солнце закатывалось за верхушки московских многоэтажек.

Для тех, кто не понял, я поясню. Если у человека случилось горе, нельзя говорить ему что-то вроде: «Как я тебя понимаю: у меня в прошлом году умер хомячок!». Люди иногда, и правда, не знают, как именно поддержать словами горюющего человека, особенно если у них ничего подобного не происходило. Смерть – событие настолько сильное и травмирующее, что подобрать слова бывает очень трудно.

А часто любые слова бывают лишними. Многие говорили мне: «Держись! Все будет хорошо!». И это ужасно злило меня. Откуда вы знаете, как все будет? Что значит «держаться»? А если я не хочу «держаться»? Я сама решу, «держаться» мне или нет!

Советы «держаться» или «перестать плакать» не помогают горюющему человеку пережить утрату, а иногда и наоборот – продлевают срок траура. Второй задачей горя, после признания факта утраты, согласно Вордену, является переживание боли потери. Если человек будет «держаться», делать вид, что все в порядке, не позволит себе горевать, это может перерасти в депрессию. Часто на прием к психотерапевтам приходят люди, которые вовремя не проработали переживания, связанные с болью потери, чтобы открыть их и прожить боль заново. Ведь только пропустив через себя боль, можно исцелиться и перейти на следующий этап.

Испытывать боль, горевать, плакать – это абсолютно нормально. Это здоровая реакция на травмирующее событие. И, конечно, лучше пережить его сразу же, как только это случилось, когда можно заручиться поддержкой близких, чем спустя какое-то время, когда это уже будет не так уместно. Поэтому гораздо лучшим советом для горюющего человека станет предложение поплакать. И подставить свое плечо.

Были и такие друзья, которые совсем ничего у меня не спрашивали, как будто ничего не произошло. Они даже не спрашивали, как именно я себя чувствую. Я злилась, обвиняя своих друзей в безразличии к моему горю. Конечно, они не были безразличными. Возможно, они не хотели напоминать мне об этом, не знали, как начать разговор, и нужно ли его начинать.

Мне очень хотелось, чтобы рядом были люди, которые действительно понимают, что именно со мной сейчас происходит. Люди, которые тоже пережили нечто подобное, и могут поделиться своим опытом, дать дельный совет. Но процесс «горевания» – настолько личный, что иногда это вряд ли помогает. Например, один наш друг, который десять лет назад тоже потерял отца, приехав к нам в гости как-то вечером, чтобы поддержать, вдруг заявил: «Никакой души и загробной жизни не существует! Это все сказки!» Конечно, я не стала с ним спорить в тот момент (это такой категоричный тип, с которым лучше не спорить), но глубоко в душе мне стало очень неприятно, что он не разделяет мою идею.

Поэтому, в конце концов, важны те друзья, которые просто будут рядом. Просто приедут в гости с бутылкой вина и будут говорить до утра о чем угодно, вместе плакать, а потом смеяться. Которые смогут рассмешить даже в самой грустной ситуации. А иногда просто выслушают без лишних комментариев.

Глава 2. Психолог

Глава 2. Психолог

Я точно не понимала, что именно я чувствую. Обиду. Страх. Злость. Боль. Это очень сложно описать, но у меня как будто бы постоянно ныло все тело: наверное, именно так болит душа. Я испытывала эту боль каждую секунду своей жизни, и это было невыносимо.

Я искренне не понимала, почему все (ВСЕ!) так легко и просто вернулись к своей нормальной жизни. Мне казалось, что люди забыли о том, что произошло. «Конечно, – думала я, – на их жизни это никаким образом не повлияло!» Это у меня отобрали будущее. Будущее, в котором папа приезжает к нам в гости, в котором я советуюсь с ними по поводу работы или покупки машины, в котором мы ходим в баню, катаемся на лыжах. Будущее, в котором у моих детей есть дедушка…

Когда мир замирает и жизнь останавливается – это больно. Когда же ты понимаешь, что мир остановился только для тебя, а все остальные люди продолжают жить своей жизнью – это невыносимо больно.

– Разве ЭТО можно когда-нибудь пережить? – спросила я у двоюродной молодой бабушки. Это мама Очень молодой тёти, которая рано потеряла отца, а соответственно, бабушка – мужа.

– В первые дни после похорон, – признавалась Молодая бабушка, – я помню, как шла по улице и сильно злилась на мир. За то, что мир продолжает существовать, а его больше нет.

– Точно! Прямо, как я сейчас!

– А потом очень жалела, – продолжала Молодая бабушка, – о том, что потеряла несколько лет жизни из-за того, что очень злилась и страдала: из-за этого не могла жить нормальной жизнью. Надо сразу возвращаться к нормальной жизни, потому что она так коротка!

Жизнь коротка. Это очень четко понимаешь именно тогда, когда теряешь близких в таком молодом возрасте! Я не знала, как именно я могла хоть немного облегчить свои страдания, чтобы попытаться тоже вернуться к нормальной жизни.

Как я делаю практически по любому вопросу, я стала искать в интернете литературу на эту тему. Книги всегда были моим спасением. Они обучали меня, как правильно планировать свое время, вести переговоры, управлять командой и, скорее всего, должны были помочь мне сейчас.

Идеальный муж ушел на работу (вернулся к нормальной жизни), а я сидела дома в пижаме, и, хотя часы уже показывали полдень, еще даже не завтракала. Я все еще принимала легкие успокоительные препараты, поэтому спала очень крепко и как-то даже тяжело.

Есть не хотелось, пить тоже не хотелось, а звенящая тишина пустой квартиры практически сводила меня с ума. Я открыла компьютер и набрала в поисковике: «Как пережить утрату близкого человека». Поиск выдал большое количество статей на околорелигиозную тематику. Я же хотела найти какую-то книгу или, скорее, руководство, конкретные шаги, что именно мне нужно сейчас делать, так как я была в растерянности. Кроме статей на околорелигиозную тематику, я стала просматривать форумы.

Мне на глаза попалось упоминание о книге, о которой я прочла такой отзыв: «Эта книга помогла мне понять и пережить уход отца». Через минуту книга была скачана на мой телефон с “Литреса”. «Откровения ангелов-хранителей. Что делать, если вы потеряли самого близкого человека» – гласил многообещающий заголовок. Я налила себе полный бокал вина и стала читать.

Книга начинается с того, что ее автор, Ренат Гарифзянов, потерял в автокатастрофе невесту. А далее он описывает, как общается с ангелами-хранителями через женщину-медиума и узнает все подробности о том, что именно происходит с душой после того, как она оставляет тело, и задает извечные вопросы горюющего человека: «Зачем уходят близкие? Почему именно она? За что мне все это?». Я читала взахлеб. Тема отделения души от тела была мне уже близка, так как не противоречила тому, что рассказывал мне отец Федор.