– На ваше имя пришло приглашение в гости из Франции, – полковник переждал его кашель. – Из Парижа.

– Я не просил… – просипел Симон. – Это дядя… Клянусь, я не знал! В смысле, не просил!

– Когда вам хотелось бы поехать? – Полковник разглядывал его с задумчивым видом, иногда даже чуть кивая собственным мыслям.

– Не знаю… Я еще не думал!

– Возможно, прямо в эту пятницу?

– У меня же работа! – с некоторым даже осуждением возразил Симон, чувствуя себя в этот миг преданным гражданином.

– Ну, возьмете отпуск. Вам дадут, я не сомневаюсь, и не за свой счет, а как полагается, с выплатой отпускных.

До Симона, наконец, дошло. Паранойя. Бред навязчивой идеи расколол сознание. Чтобы сойти с ума, долго пить не обязательно. Отсюда его увезут в желтый дом… а он будет воображать себя в Париже…

Он побелел.

– Или вы предпочитаете весной? Или летом? – любезнейше продолжал выяснять полковник.

Он снял трубку и раздраженно бросил:

– Ну где он там?

Вошел фотограф и снял Симона, велев сесть на стуле ровно и смотреть в объектив.

– А в профиль? – стал помогать Симон, и повернулся боком для второй фотографии.

– В профиль не надо, – приказал полковник.

Утонченная издевка заключалась в том, что ехать Симону предстояло в Магадан, и он прекрасно это понимал. Об играх КГБ страна было наслышана.

– Или вы хотели бы поехать весной? Или летом? – рассыпался полковник. – Но чисто по-человечески, наверное, чего откладывать, правда? Ну, несколько дней на неизбежные формальности… – он посмотрел на табель-календарь: – А вот, хоть суббота второе число, вас устроит?

– А-а-а… да, конечно… Как скажете, я готов… – сказал Симон.

– Хотя можно и быстрее!

Он стал бессмысленно улыбаться и часто кивать. Захотел перестать кивать и не смог остановиться. Полковник вздохнул и деликатно стал смотреть в окно.