— Отец Леонид, слышали, что вы перенесли инфаркт.

— Четыре инфаркта.

— А навещают Вас прихожане в больнице?

— Ой, отбоя нет. Уж и главврач, и зав. отделением смирились с тем, что ко мне постоянно народ идёт. А это, конечно, большая радость и утешение.

— Теперь вопрос ко всем троим. Скажите, пожалуйста, отцы святые, как получилось, что в семье советского работника — секретаря поселкового, а потом районного Совета — семеро некрещенных детей постепенно уверовали. Причем трое стали ревностными служителями культа, а две сестры постриглись в монахини? Имеем в виду, естественно, вашу семью.

О. Серафим:

— До сих пор сам удивляюсь и радуюсь, но полный ответ и сейчас затрудняюсь дать. Видно, потому, что папа погиб на фронте в первые месяцы войны в 1941 году. А малограмотная мама, оставшись с такой оравой, надорвалась и умерла.

Мы остались на попечении бабушки, которая была очень религиозной. Меня первого она повела в церковь, принять святое крещение. Я этого внутренне желал, хотя понятия о вере не имел.

Первым в семье получил я и духовное образование. А потом появилось желание поставить на духовный путь своих братьев.