Скорби и искушения признаются Священным Писанием и святыми отцами величайшим даром Божиим

(святитель Игнатий (Брянчанинов)).

Великий дар есть искушения, потому что, чем более превознесен человек и, по подобию Павлову, вступил в духовное, тем более имеет нужду в страхе и осторожности, и пожинает пользу от встречающихся с ним искушений (преподобный Исаак Сирин).

Искушение не есть зло, но — добро. Оно хороших делает еще лучшими. Это — горнило для очищения золота, это — мельница для сотрения жестоких зерен пшеницы. Это — огонь, истребляющий волчцы и терния, чтобы сделать землю способной к принятию добрых семян (святитель Иоанн Златоуст).

Надо всем нам уразуметь умыслы против нас врагов бесплотных, мудрых на зло и прельщение ко греху… крайне хитры и тонки козни злобы и лукавства их. Они всеми силами и хитростью, прежде всего, стараются разрушать в нас любовь и уважение к ближним, внушая нам лукавые и недостойные, презорливые и хульные мысли касательно ближних наших, с коими мы имеем так или иначе общение, представляют в ближнем какой-либо, внешний или внутренний, духовный недостаток, и на основании его внушают к нему чувство нерасположения или отвращения, а если лицо, с коим мы имеем речь или дело, — женское, молодое, красивое, то возбуждают к нему плотскую похоть и низводят на степень лакомой вещи, которой можно насладиться; внушают замечать в ближних низших сослуживцах всякие неисправности и крайнюю к ним строгость и придирчивость; а к высшим и сильным — внушают ласкательство и пресмыкательство (святой Иоанн Кронштадтский).

К числу искушений телесных принадлежат: болезненные, многосложные, продолжительные, неудобоизлечимые припадки, всегдашние встречи с худыми людьми и безбожниками. Или человек впадает в руки оскорбителей, сердце его вдруг, и без всякой причины, приводится в движение страхом Божиим, часто терпит он страшные, сокрушительные для тела, падения с камней, с высоких мест или с чего-либо подобного, наконец, чувствует оскудение в том, что помогает сердцу божественной силой и упованием веры; короче сказать, и их самих, и близких им постигает все невозможное и превышающее силы. Все же это, нами изложенное, принадлежит к числу искушений гордости. Начало же оных появляется в человеке, когда начинает кто в собственных глазах своих казаться себе мудрым. И он проходит все сии бедствия по мере усвоения им себе таковых помыслов гордости. Наконец, по роду искушений своих заключай о путях тонкости ума твоего.