9. И сыновья сказали: «Да, отец, это так! Божьей Милостью мы за очень короткое время намололи эту муку из десяти снопов,
10. и благословение Божье было на этих снопах и на нашей работе – потому и помол такой обильный».
11. Тогда Иосиф с глубоко растроганным сердцем возблагодарил Бога и вернулся в дом, чтобы рассказать об увиденном,
12. и все вышли, и осмотрели муку, и в один голос сказали:
13. «Это невозможно, уж, по крайней мере, естественным путем – никак невозможно!»
14. Тогда Иаков по внутреннему побуждению взял одно пшеничное зерно, лежавшее на земле, и сказал:
15. «Вас всех удивляет, что из десяти снопов вышло так много муки.
16. Но разве хоть кто-нибудь из нас удивлялся, когда, посеяв в землю одно такое зернышко, видел затем, как из него произрастает колос, несущий сотню зерен?
17. А ведь это повседневное чудо больше, нежели умножение муки вдвое, ибо одно единственное зерно умножается стократно!
18. Если бы эти десять богатых снопов дали всего лишь одну корзину муки, этому никто не стал бы удивляться, хоть и одна корзина является таким же чудесным даром Божьим, как и две корзины.
19. Также никто не удивляется колосу, дающему сто зерен, ибо к этому чуду все уже привыкли.
20. Я же спрашиваю, правильно ли это: восхищаться Богом лишь тогда, когда Он дает произойти чему-то необыкновенному, в то время как обыкновенное, которое Он чудесно упорядочил, достойно большего восхищения, ибо во все времена оно полностью подтверждает неизменную бесконечную Доброту, Всемогущество, Любовь и Мудрость Бога?!»
21. Эти слова Иакова произвели на всех большое впечатление, и они восхвалили Господа за то, что Он даровал человеку такую мудрость. Сыновья же взяли муку и принялись за приготовление обеда.
Глава 253. Обед из рыбы и медовых пирогов. Кража домашней утвари и мисочки Младенца. Неумолимость Младенца по отношению к злодеям
Глава 253. Обед из рыбы и медовых пирогов. Кража домашней утвари и мисочки Младенца. Неумолимость Младенца по отношению к злодеям
1. Через час был подан хороший обед, состоящий из пяти вкусно приготовленных рыб и четырнадцати медовых пирогов,
2. поскольку мед был единственным, чего воры не тронули в кладовой.