– Нет, конечно, общество принцессы куда желаннее общество обедневшей дворянки. Тут и двух мнений быть не может!

– Нет, госпожа. Вы меня не поняли. Вы последний представитель дворянства. Кроме Вас больше никого не осталось. Все были убиты в процессе революции. Вас, судя по слухам, ведь тоже чуть не убили…

Принцесса глубоко задумалась. Она бросила взгляд своим родителям, которые, кивнув головой, подтвердили достоверность слов учителя.

– То есть, всех убили…

– Как это ни прискорбно, но да.

– И Ваш господин является в данный момент королем?

– Да.

– Какого королевства?

– Святой Мишели. Самого значительного и крупного…

– Не надо! Я хорошо знаю это королевство. Я даже знала «святую» Мишель. В прочем, какая она теперь святая, если не смогла защитить свой трон. У неё был великолепнейший муж. У него было много фавориток и детей… они все были очень способными. Как фаворитки, так и их дети. Но один сын мне особенно был интересен. Он был самым лучшим стрелком. А как он ухаживал за дамами! Из его уст изливались самые сладкие и желанные речи! Вот только имени его я вспомнить не могу…

Во время рассказа принцессы, из левого угла глаза учителя выкатилась слеза. Она говорила о его старшем брате. Он быстро вытер слезу, не подавая виду, но королева все поняла. Она поняла, кто пробудил её дочь, и она также понимала, в каком ужасном положении находился граф. Она хотела бы разозлиться на него, но не могла. Он был заложником, также, как и она (только, в отличии от нее, он пытался хоть как-то разрешить ситуацию).

– Его звали Евгений. Граф Евгений фон Ирензее.

– Вы его знали? Откуда?

– Нет. Я его не знал. Я только слышал о нем. Мне жаль, но он был тоже убит, не смотря на все его таланты и способности…

– Удивительно. Я всегда думала, что могут погибнуть все, но только не он. Понимаете, ему достались как бы «двойные способности». Дело в том, что у него был младший брат. И вот его природа, к сожалению, обделила в пользу старшего.

– Не знаю. Не слышал о нем.

– В прочем, это ни так важно. То, что при перевороте он погибнет первым, было ясно. Но вот Евгений… вы уверены, что он погиб?

– Да. Абсолютно. Никто из семьи «фон Ирензее» не выжил. Я понимаю Ваше негодование, принцесса. Однако очень важно, чтобы Вы правильно поняли намерения моего хозяина. Он предлагает Вам возродить аристократию.

– Это невозможно! Он же простолюдин!

– Не в этом смысле. В смысле традиций, правил, манер!