В тех царствах ярких Разум делает свои первоначальные шаги.

Во всём невежественный, но стремящийся невежество отринуть,

195. Он начинает там пытливо и неспешно исследовать мир сущий;

И неизменно его поиск хватается за образы вокруг,

И неизменно он надеется понять все высочайшие явления.

Зарниц огнями сверкая страстно,

Живет он в боевой готовности, на грани домысла.

200. Но всё, что делает сейчас он, – на уровне младенческом,

Как если б космос весь игрой ребячьей был,

А жизнь и разум – забавами какого-то дитя Титана.

Он трудится как тот, кто создает какую-то игрушечную крепость,

Причудливо стабильную ненадолго,

205. Построенную из песка у Времени на берегу,

Близ моря необъятного оккультной вечности.

Великое Могущество избрало этот небольшой и острый инструмент,

Приятная, но трудная игра его необычайно возбуждает;

И обучать Неведение – его нелегкая обязанность,

210. Его надежда начинается из изначальной, ничего не ведающей Пустоты,

И то, чему оно нас учит, ему сначала нужно научиться самому,

Из спячки пробуждая знание.