Волнения, охватившие всю губернию, не могли не коснуться и Керенска, где молва о пожогах приобрела еще более вероятные особенности. Приехавшие из Татарской Лаки люди рассказывали о двух незнакомцах, которые будто бы давали лакинским пастухам по золотому за то, чтобы те в полдень подержали над соломой какое-то круглое зеркальце… Эти рассказы навели такой страх на всех жителей, что многие проводили ночи на улицах, карауля свои дома, другие укладывали свое имущество на воза… В один из ясных солнечных дней вдруг ударили в набат. Загорелась крытая соломой калашня крестьянина Лопоткова. Сильный ветер погнал пламя на линию смежных домов и вскоре вся линия пылала. Картина пожара сделалась ужасной: горели дома, горело все имущество, вынесенное из домов на улицу, густой дым покрыл весь город. Поднялась страшная суматоха; люди, лошади, подводки, нагруженные имуществом – все это сплелось в одну обезумевшую от страха массу…
Целых 11 дней дымилось пожарище и около 500 домов сделались добычей пламени… В Татарской Лаке «пожарным начальником» участка был назначен дворянин Дураков. Крестьяне поверили, что он и есть тот поджигатель, о котором ходит молва. В Татарской Лаке действительно случился пожар и, несмотря на то, что загорелся его собственный сарай, все же крестьяне сочли Дуракова поджигателем. Все село пришло в волнение. Толпа крестьян вместе с женщинами бросилась на пожар и, застав там хлопотавшего Дуракова, потащила его в огонь. Днем крестьяне разграбили кабак, перепились все допьяна. Одной из дочерей Дуракова чуть было не отрубили голову, клали ее на порог как на плаху, но одумались. Дураков спасся от неминуемой смерти благодаря заступничеству татарина Алмакая, одного из зачинщиков бунта, и Дураков был только обожжен и страшно избит…». Все бунтовщики Татарской Лаки были жестоко наказаны и некоторые из них умерли под розгами… Татарин Алмакай, главный зачинщик бунта, спасший Дуракова от смерти, был награжден серебряной медалью, но которую он, впрочем, никогда не носил[184].