Как оказалось, что бы я ни делал, я был не в силах изменить ход событий. Всякая попытка с моей стороны воздействовать на могучие потоки, с которыми я боролся, только ухудшала мое положение.

Наконец, несмотря на мои жалкие протесты, я был смещен — предоставленный воле волн, как мне тогда казалось, в шлюпке в безбрежном океане. Это произошло в июле 1962 года, на собрании в Нью-Йорке, куда я был вызван телеграммой из Индии.

Так как мой выход причинил боль не только мне, но и другим, я предпочел бы не вдаваться в сопутствующие обстоятельства, которые имели всего лишь процедурный характер. Теперь я понимаю, что моя отставка была полезной.

Была ли от нее пользу Обществу Самоосознания? Возможно, мои собратья по ученичеству продолжают так считать.

Пошла ли она на пользу мне? Определенно да! Ведь, как впоследствии подтвердили обстоятельства, были вещи, которые Мастер должен был осуществить через меня и которые я никогда не смог бы осуществить, не будучи предоставлен самому себе.

ГЛАВА 41 «ОН БУДЕТ ТВОЕЙ СИЛОЙ»

ГЛАВА 41

«ОН БУДЕТ ТВОЕЙ СИЛОЙ»

ГРОЗА, КОТОРАЯ ОБРУШИВАЕТСЯ с неистовой яростью на сельскую местность, дьявольский ливень, низвергающийся из низко нависших облаков, кажутся заклятыми врагами земного счастья. Однако в конечном счете они оказываются благотворными. Они омолаживают землю. После дождя появляются целебные травы; растения прибавляют в росте; повсюду благоухают цветы; от лесов и лугов распространяется свежий сладостный аромат. Даже порывистые ветры благодатны: они способствуют повышению стойкости и выносливости диких растений. Их более крупные, но изнеженные родственники в оранжереях не могут соревноваться с ними в силе и стойкости; жизнь их слишком легка.

То же происходит, когда в жизнь человека приходят невзгоды и беды. Аристотель назвал благотворное влияние трагедии в литературе катарсисом [Очищением. — Прим. перев.]. Искупительные переживания великой утраты очищают чувства человека и возвышают его над мирскими устремлениями и привязанностями, внутренне успокаивают его. То же относится и к личной трагедии. Хотя ее воздействие редко проявляется немедленно, в конце концов она возвышает чувства человека и умиротворяет его. Однако если привязанность слишком глубока, то очищение может быть отодвинуто на годы, даже на несколько перевоплощений, пока горечь не растворится в обретении понимания и приятия.

Настоящее счастье зависит не от внешних обстоятельств, а от отношения к тому или иному явлению. При правильной позиции можно быстро оправиться даже от большого горя. Чем быстрее человек придет в себя, тем большим будет духовный выигрыш, поскольку чтобы побороть страдания, когда буря еще бушует, требуется исключительный подъем внутренней энергии. В приобретенной таким образом внутренней стойкости страдание может открыть заслон на пути к святости. Так это происходило в немецких концентрационных лагерях во время Второй мировой войны с теми немногими героическими личностями, которые отказались капитулировать перед окружавшим их духовным мраком.