А что делаем надлежащим образом касательно молитвы и Слова Божия, то ставится выше совершения всякой заповеди и добродетели, о чем свидетельствует и Сам Господь. Когда пришел Он в дом Марфы и Марии, и Марфа занималась служением, а Мария сидела у ног Господних и питала душу спасительным учением, то Марфа, жалуясь на сестру свою, что не помогает ей, сказала Господу: Господи… рцы да сестра моя придет и ми поможет… яко сестра моя едину мя остави служити; тогда Господь первое и главнейшее предпочел второму, сказав: Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе: едино же есть на потребу. Мариа же благую часть избра (Лк. 10, 40-42). Сказав так, Господь показал, что занятие Словом Божиим и молитвой есть важнейшее и первое дело, потому и дело служения Марфы принял Он ни за что. И Сам Он совершил дело служения, умыв ноги ученикам. Их Он также увещевал делать это, сказав: Аще убо Аз умых ваши нозе, Господь и Учитель, и вы должны есте друг другу умывати нозе. Образ бо дах вам, да якоже Аз сотворих вам, и вы творите (Ин. 13, 14-15). И еще: иже аще хощет в вас вящший быти, да будет вам слуга …Якоже и Сын Человеческий не прииде, да послужат Ему, но послужити, и дати душу Свою избавление за многих (Мф. 20, 26-28). Иже аще сотворит единому сих, Мне сотворит. Приемляй праведника во имя праведниче, мзду праведницу приимет (Мф. 10, 41). Да и апостолы, как видим в Деяниях, занятые телесным служением о трапезах, признали важнейшим для себя дело молитвы и служение Слову, ибо говорят: не угодно есть нам, оставльшым Слово Божие, служити трапезам, …и избрав мужы… исполнены Духа Свята… поставим над службою сею. Мы же в молитве и служении Слова пребудем (Деян. 6, 2-4). Видишь ли, как первое отличено от второго, хотя то и другое произрастает от одного доброго корня?