Горе мне, когда правда произнесет мне страшный приговор! Ибо вот, жизнь моя исчезает внезапно, а там нет щедрот; здесь только вполне предлагаются они всякому, кто со слезами и сокрушением умоляет об оставлении грехов. Здесь дают они жизнь и блаженство всякому, кто приносит покаяние.

Как скорбен день грешника, любезные и дорогие мои братия! Никакие уста, никакой язык не в состоянии выразить, какой суд ожидает его. Но если пробудится он, обратит взор на самого себя и с воздыханиями, скорбя и болезнуя, станет плакать, то насладится блаженством в чертоге радости и не подвергнется осуждению.

Блажен, кто исправил себя покаянием и жизнью своей умилостивил Господа нашего! Если преселится он в ту страну, то упокоится в Царстве, в пристани святых, избавится от суда и страшных ужасающих мучений, какие ожидают сатану, которого осуждение бесконечно. Блажен, кто и не услышит об оном!

Блажен, кто непрестанно со слезами взирает на беззакония свои и не услаждается помышлением о тех скверных грехах, какие учинил он в мире сем! Он войдет в чертог радостей и насладится там блаженством с сонмами всех праведных и святых в новом непреходящем мире, на той брачной вечери, которой никогда не оставляют призванные на нее.

Но горе мне бедному, возлюбленные! Я заматерел[51] во множестве зол. Такое жестокое, каменное сердце у меня, что забыл я день Суда, на котором нет места ни щедротам, ни оставлению грехов, и не приемлются слезы воздыхающего. Горе мне, когда явлюсь пред сею правдой! Ибо знаю, что сделано мною.

Когда увидел Ты, Господи наш, что утратил я славу Твою, не потерпела сего любовь Твоя. Ты снизшел рождением Твоим, страданием Твоим, и крестною Твоею смертью избавил меня от сатаны. Но вот, я грешил, прогневлял Тебя, оскорблял имя Твое беззакониями, грехами и злодеяниями, соделанными мною. Горе мне! Несправедлив и неблагодарен был я, и осквернил себя множеством злых дел.

Плакал и проливал я горькие слезы, когда пришел в размышление. Оно переселило меня, возлюбленные, в огонь, привело в страну ужаса, перенесло в страшную и ужасную бездну, погрузило в пламень, ввергло во тьму; сердце мое ощутило сие, и возрыдал я от страха и ужаса при мысли о сем преселении.

Уносясь мыслями, рассматривал я жилища тьмы, видел, в правой и левой от себя стороне, обители всех святых. Тогда с рыданием и плачем, скорбя и болезнуя, осуждал я сам себя и горько восклицал: «Горе мне, горе, сугубое горе! Что уготовано мне правдою?»

В ужасе пробудился я от сна, но не избавился тем от мучения. Растерзал я одежду свою, плакал и рыдал. Что сделалось со мною, бедным? Открою главу свою, подобно блуднице, исповедаюсь во грехах своих, с воздыханиями буду умолять, обращу очи свои в слезные источники, чтобы оплакать себя, злосчастного.