От неожиданности я едва не выронил меч. Голова взорвалась новым приступом боли, сознание поплыло, и с трудом удерживаясь на непослушных ногах, я продолжил свой погром.

   - Остановись, ничтожество! - снова обратился ко мне Омос.

   И тут из чанов показались головы и руки, десятки голых существ, похожих друг на друга, как близнецы, начали выбираться из своих убежищ, и бессмысленно оглядываться по сторонам. Некоторые из них ничем не отличались от нормальных людей, но у большинства обитателей этого жуткого места, тела выглядели так, словно они ещё не успели сформироваться до конца; местами отсутствовала кожа, мышцы, глаза.

   В следующее мгновенье, словно получив условный сигнал, вся толпа разом бросилась на меня.

   Я едва держался на ногах, голова кружилась и раскалывалась, но чтобы не оказаться разорванным уродливыми телами, мне снова пришлось поднять свой меч.

   В убийстве безоружного противника, напрочь лишённого инстинкта самосохранения мало чести, но благодаря своей численности и моему близкому к потере сознания состоянию, создания Омоса едва не взяли верх. Я отступал, отбиваясь мечом, и людей, вылезших из чанов, становилось всё меньше.

   Кто-то с силой рванул меня за ноги, и не удержавшись на скользком от мутной жидкости и крови полу, я полетел вниз. Один из недоразвитых слуг Омоса незаметно подобрался ко мне ползком, и моя невнимательность едва меня не погубила. Проломив противнику череп, я откатился в сторону, подрубил чьи-то ноги, отполз ещё дальше, и невероятным усилием снова встал.