Рисковать оставшимися в живых людьми Борята не стал. Не вступая в бой, наш отряд двигался впереди наступающего неприятельского войска, осуществляя скрытое наблюдение за продвижением противника. Каждый вечер воевода отправлял одного воина в штаб с донесением.

   Так продолжалось две недели. Всепоглощающей волной, хоркосы катились по континенту, словно чёрные воды, уничтожая всё, что встречали на своём пути. Слабые крепости брались ими сходу, те которые не удавалось захватить сразу, попадали в осаду, без малейшей надежды на спасение. К счастью, глупцов, решивших испытать судьбу, нашлось совсем немного, в основном, оккупантов встречала выжженная земля.

   Я не знал, дала ли эффект тактика выбранная штабом славгов, помогли ли принятые меры вызвать голод и болезни в рядах неприятельского войска. Оставалось лишь надеяться, что это на самом деле было так.

   Хоркосов сильно тормозил обоз, но, несмотря на это, они прошли равнину менее чем за месяц. Далее шли болотистые земли, граничащие на востоке с бесплодной пустыней.

   Отступать вглубь болот не имело смысла, славги собрали все свои силы в Туманной пади ― большом и хорошо укреплённом городе. Обороняющиеся едва ли сами были готовы к затяжной войне. На урожай озимых рассчитывать уже не приходилось, а запасов из погребов и хранилищ не могло хватить надолго для всех. Так или иначе, но уже через месяц беженцы начали испытывать первые проблемы с продовольствием.

   День решающего сражения неумолимо приближался. Мысль о нём, как о неминуемой неизбежности, призванной решить судьбу этого мира, прочно засела в умах каждого обитателя Гивеаны. Реальность готовилась к небывалому кровопролитию, и в ожидании этого страшного часа притихла, собираясь силами для принятия удара.