А на верхнем этаже, обреченный на вечную тьму, мой разношерстный вспомогательный персонал из канцелярских помощников с бикультурным прошлым и элементарной оперативной подготовкой.

  Только после того, как мы, по-видимому, завершили наше грандиозное турне, и я начинаю задаваться вопросом, существует ли вообще мой обещанный номер два, Джайлз торжественно читает рэп по стеклянной двери, ведущей из его собственного затхлого кабинета, и там, в том, что, как я подозреваю, когда-то было комната для прислуги. Я впервые вижу молодую, смелую, статную фигуру Флоренции, свободно говорящую по-русски, второй год стажировки, последнее прибавление к подстанции Хейвен и, по словам Дома, ее белую надежду.

  «Тогда почему она не пошла прямо в отдел России?» - спросил я его.

  «Потому что мы сочли ее пустышкой, Нат», - высокомерно ответил Дом своей заимствованной речью, подразумевая, что он был в центре решения. «Талантливая, да, но мы подумали, что должны дать ей еще год, чтобы устроиться».

  Талантлив, но нужно осваиваться. Я попросил Мойру показать ее личное дело. Как и следовало ожидать, Дом взял лучшую реплику.

  *