И вот теперь питерские ребята.

Честно говоря, было дискомфортно. Сердце холодело и падало куда-то вниз.

А вдруг не пранк?

— У меня с французским хреновато, — пожаловался он назвавшему себя фсбшником.

— Все проблемы решаются, — сказал тот. — Подучите по ходу дела.

— Нет, не могу я их бросить! Извините.

— Причем тут бросить? — спросил собеседник. — У вас там и так два адвоката. Что вам там делать собственной-то персоной? У вас уже уровень не тот!

— Иногда надо и собственной персоной, — отрезал Саша.

— Вы же никогда не были леваком, — уговаривали на том конце. — У них взгляды такие, что вам самому дурно станет.

— Причем тут их взгляды? У них дело выдумано!

— Не делайте того, о чем вам придется пожалеть, — в голосе собеседника появились стальные нотки.

— У меня скоро поезд, до свидания!

— Все равно опоздаете, — хмыкнул фсбшник и положил трубку.

На душе было гораздо хуже, чем с французским.

«Сапсан» отходил в 21:00. Еще больше часа. Почему это он опоздает? Что тут ехать-то до Ленинградского вокзала!

Он вышел на улицу под апельсиновое закатное небо. Было жарко. Пахло флоксами и свежескошенной травой.

Чуть прищурился от яркого солнца.

До машины было метров десять. Вынул ключ и зашагал к ней.

По стеклам дверей его белой «Хонды», от багажника до капота, шла багровая надпись: «Защитник террористов».

Он нажал кнопку на ключе, машина пикнула и сверкнула фарами.