То, что называется “музыка для лифтов” Танто

То, что называется “музыка для лифтов”

Танто

Противоядием от сумеречного состояния оказался “Рассвет мертвецов”, слэшер 1978 года.

Два часа кровавых нападений, учиненных зомби. Кевин откинулся на спинку дивана. Сцены во время начальных титров разыгрывались в телестудии, где шло взволнованное обсуждение, не разразилась ли эпидемия. Люди превращаются в живых мертвецов, вот-вот предстоит столкнуться с кризисом.

You have not listened![79]

Фильм просто кишел ляпами, и список большинства несоответствий можно найти в интернете, хотя это неинтересно.

If we’d listened, if we’d dealt with this phenomenon properly[80]…

Гораздо успокоительнее находить их самому.

Кевин начал играть с йойо, вверх-вниз на шнурке, пусть живет собственной жизнью, пусть трюкачит от одной только скорости.

Он смотрел “Рассвет мертвецов” бессчетное число раз и сам составил длинный список ляпов. Съемочной группе оказалось страшно трудно не попасть в картинку. То виден каскадерский трамплин, то кто-то из съемочной группы мелькает за окном.

Снято коряво, но энергия этих эпизодов — чистая любовь. Каждый ляп на своем месте, они присутствуют в фильме как его необходимейшие части.

В Кевине бурлил адреналин, больше всего ему хотелось сейчас оказаться там.

Посреди этой анархии и символического разорения капитализма.

You have not listened!

Везде отступления от нормы, и это ожидаемо. Йойо, крутясь, ушло к полу, оттолкнулось от ковра, снова легло в руку.

Стреляли ружья, вдребезги разносило витрины, выла сирена, ревели моторы. Какофония успокаивала, а адреналин обострял чувства.