— Я друг вашей дочери.

— Сказать можно что угодно. — Похоже, Мендес нервничал. — Когда у нее день рождения?

— Да с какой стати?..

— Просто ответьте на вопрос. Если вы такой хороший друг, как утверждаете, что вам стоит назвать ее день рождения?

— Ну так как?

— Насколько я помню, Хуана родилась в мае. Десятого.

Бьюкенен запомнил эту дату потому, что шесть лет назад в мае началась их совместная работа. Они тогда славно провели время, отмечая день рождения Хуаны, словно и в самом деле были мужем и женой.

— Это может узнать любой, кто пороется в ее личном деле. Скажите, на что у Хуаны аллергия?

— Простите, сеньор Мендес, но мы не виделись несколько лет. Разве все упомнишь…

— Я так и думал.

— По-моему, она не переносила кориандр. Меня всегда это удивляло: кориандр так часто используется в мексиканской кухне.

— Родинки?

— Это допрос?

— Отвечайте!

— У нее шрам на бедре. Сказала, что в детстве пыталась перелезть через забор из колючей проволоки. Еще вопросы есть? Вам интересно, при каких обстоятельствах я увидел шрам? Похоже, я допустил ошибку. Мне не следовало сюда приходить. Лучше бы поехал к друзьям Хуаны. Может, они подскажут, где ее найти.

Бьюкенен повернулся к двери.

— Педро, — резко сказала женщина.

— Подождите, — окликнул ого Мендес. — Если вы в самом деле друг моей дочери, пожалуйста, не уходите.

Бьюкенен молча кивнул.