При воспоминании о том, что совсем недавно произошло с ней в этом здании, коленки у нее подогнулись. В груди до сих пор ныло от кашля. Но Лиза может быть там, внизу, раненая, неспособная двигаться, придавленная какой-нибудь балкой или без сознания. Она должна, обязана прийти подруге на помощь.
Девушка собрала в кулак всю свою волю и поставила ногу на первую ступеньку. Ноги казались ватными, и она едва не упала. Джинни помедлила, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Ей стало лучше, и она спустилась еще на одну ступеньку. Но тут в горло опять попал дым, и она так и зашлась в кашле. Пришлось вылезти, отдышаться и начать все сначала.
Джинни спускалась все ниже и твердила себе: «Если дым снова будет донимать, просто вылезу отсюда, вот и все». И она спускалась все быстрее, цепляясь за стальные поручни, а потом спрыгнула на пол.
И оказалась в большом помещении, где стояли насосы и фильтры, гудели трубы – все это, очевидно, предназначалось для бассейна. Сильно пахло дымом, но дышать было можно.
И тут она заметила Лизу и тихо ахнула.
Лиза лежала на боку в позе эмбриона. Голая, на бедре что-то похожее на кровь. Она не двигалась.
На секунду Джинни окаменела от ужаса.
Потом очнулась и закричала:
– Лиза!
В ее голосе прозвучали истерические нотки, и она постаралась взять себя в руки.
– Лиза?
Лиза открыла глаза.
– Слава Богу! – воскликнула Джинни. – Я уже думала, что ты умерла.
Лиза медленно села. Она старалась не смотреть на Джинни. Губы у нее были разбиты.
– Он… он меня изнасиловал, – еле слышно пробормотала она.
Облегчение, которое испытала Джинни при виде того, что подруга жива, тут же сменилось гневом и ужасом.
– Господи! Здесь?
Лиза кивнула:
– Завел сюда. Сказал, что здесь есть выход…