— А, блин! — воскликнула Диди и ударила по тормозам. Лаура, вырванная из сна, в котором снайперы целились в Мэри Террор и Дэвида, увидела, что Диди борется с рулем, а фургона перед ними нет, и мгновенно поняла, что произошло. Глаза Ван Дайвера открылись, его чувства так же были обострены, как у хищника на охоте, и он оглянулся и увидел фургон, уходивший вправо от шоссе.

— ОНА УХОДИТ! — прогремел металлический голос включенного на полную громкость динамика.

— Черта с два! — Диди бросила машину через все полосы, взвизгнули шины, автомобили на шоссе загудели клаксонами, объезжая ее с двух сторон. Диди вылетела на полосу для аварийной остановки, дала задний ход и подъехала к повороту на Дженеско. Через секунду она летела вверх по развязке, а на повороте так резко свернула вправо, что Ван Дайвера швырнуло на Лауру, а Лаура вдавилась в дверь. Диди погнала на север по местной дороге, пробегавшей через плоские побуревшие зимние поля; кучка придорожных зданий стояла с каждой стороны, а в отдалении — фабрика, ее трубы извергали серый дым над горизонтом. Диди обогнала какую-то «су-бару», чуть не сметя ее с дороги, и увидела фургон приблизительно в полумиле впереди. Она продолжала давить на газ, расстояние быстро сокращалось.

Мэри увидела приближающийся «БМВ». У фургона не хватило бы мощности, чтобы уйти от погони, и спрятаться было некуда на этой ровной прямой дороге. Барабанщик орал на одной ноте, и ярость вспыхнула в Мэри, как взлетевшие из костра искры.

— ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ! — завопила она на ребенка, но он никак не успокаивался. Она увидела слева плакат: «Пиломатериалы братьев Венцель». Красная стрела указывала на дорожку поуже к лесопильне, окруженной коричневыми полями.

— О'кей, поехали! — крикнула Мэри и, делая поворот, вытащила из сумки «кольт» и положила на пассажирское сиденье.

Она проехала в открытые железные ворота, на которых был плакат: ОСТОРОЖНО! СТОРОЖЕВЫЕ ПСЫ! Вся лесопильня занимала, может быть, четыре-пять акров, лабиринт штабелей бревен высотой от шести до десяти футов. На дороге стоял трейлер, перед ним — пикап, автопогрузчик и коричневый «олдсмобиль-катлас» со съеденными ржавчиной бортами. Мэри повернула фургон в глубь лабиринта, его шины взметнули пыль с немощеной поверхности. Она проехала вдоль длинного зеленого шлакоблочного здания с высокими и грязными окнами и вышла с Барабанщиком в одной руке и «кольтом» в другой. Она искала подходящее место, чтобы завалить всю погоню, и вихри пыли вертелись вокруг нее и плачущего ребенка. Как только она обогнула здание, ее встретила канонада лая, громкого, как снаряды гаубиц. Внутри псарни, закрытой зеленым пластиковым навесом, бегали два крепких мускулистых питбуля: один темно-коричневый, другой пятнистый, белый с серым. Они бросались на проволочную сетку, оскалив белые клыки и дрожа всем телом от злости За псарней тоже лежали штабеля бревен, груды брезента и всякие мелочи.