Доктору показалось чрезвычайно забавным глядеть, как они улыбаются и кивают, хотя сами в это время наверняка задумываются, почему их внезапно оставили неотвязные тревоги. И, конечно, главное развлечение состояло в том, чтобы видеть, как человек с такой благодарностью поручает тебе свою жену, тогда как ты на самом деле намереваешься унижать ее, оскорблять, развращать и в конечном счете уничтожить.

После непредвиденной паузы, вызванной самоубийством Сьюзен, игра теперь должна была возобновиться.

— Марти? — вопросительно произнес Ариман.

— Да, доктор?

— Раймонд Шоу.

Ее поведение сразу же изменилось. Поза стала напряженной, она выпрямилась в кресле. Прекрасная полуулыбка застыла, а потом исчезла.

— Я слушаю, — сказала она.

Приведя Марти в состояние готовности при помощи кодового имени, доктор теперь загрузил сложную программу, которая была кратко закодирована в ее личном хокку.

— С запада ветер летит…

— Вы — это запад и западный ветер, — покорно откликнулась Марти.

— …Кружит, гонит к востоку…

— Восток — это я, — ответила Марти.

— …Ворох опавшей листвы.

— Листва — это ваши приказы.

Теперь все приказы, которые отдаст ей доктор, будут собраны и сокрыты точно так же, как опавшие осенние листья собираются в компостную кучу, чтобы там, в темной теплой глубине ее подсознания, превратиться в перегной, с которым доктор будет поступать так, как найдет нужным.

* * *

Вешая черную кожаную куртку Марти на вешалку, Дасти случайно нащупал в правом кармане книгу в мягкой обложке. Это был роман, который она носила с собой, когда провожала сюда Сьюзен, если не на всем протяжении минувшего года, то, по крайней мере, в течение четырех или пяти месяцев.

Хотя она постоянно заверяла мужа, что роман очень интересный, книга казалась совершенно новой, будто ее только что сняли с полки книжного магазина. Корешок был гладким, а ведь у книг, которые читают, он даже при самом осторожном обращении трескается вдоль. Когда Дасти перелистал страницы, они оказались настолько свежими и чистыми, словно блок разделяли впервые после того, как страницы сложили вместе и склеили в переплетном цехе.