— Ну да, все ведь думают, что я сбежала под покровом ночи.

Линкольн пожал плечами:

— А какова ваша роль, Микки?

Пока он раздумывал над ответом, Микки с улыбкой поставил свою чашечку кофе на блюдце:

— Друг и доверенное лицо.

Линкольн с минуту раздумывал, потом рассмеялся.

— А что вы думаете о ди Стефано? Он — честен?

Стречи спросила:

— А кто из нас честен?

Линкольн ответил прямо:

— Я. В этом моя беда — я всю жизнь играл по-честному. Черт бы побрал эту честность! — Он рассмеялся, потом увидел, как она на него смотрит, и снова уткнулся в тарелку с мюсли.

— И Глорию вы никогда не обманывали? — спросила она наудачу.

— Ни разу в жизни.

Она выдержала его взгляд и улыбнулась:

— Она вам не звонила?

Линкольн опустил голову.

— Черт, нет. Наверное, еще в постели, — горько усмехнулся он.

— Думаете, объявится?