— Надеемся, что да.
Шагал провел гостя в сад с безупречно подстриженными деревьями, где искусство садовников преобразило живые изгороди в фигурки выступающих в цирке зверей: слона, льва, танцующего медведя… То здесь, то там, вдоль всего периметра высоких кирпичных стен, окружающих его владения, таились в тени, стараясь оставаться незамеченными, вооруженные охранники. Порой они потихоньку прохаживались по саду, не выпуская из рук автоматов. На протяжении пяти минут Грейвз насчитал три пары охранников плюс шесть видеокамер наружного наблюдения. Дворец походил не столько на жилье, сколько на осажденную крепость.
— Скажите, мистер Шагал, — заговорил наконец Грейвз, — как долго вы дружили с лордом Расселом?
— Достаточно долго. Он мне во многом помог.
— Чем же?
— Он не был простодушен. Его не так легко было обвести вокруг пальца, как всех вас.
— Обвести вокруг пальца?
— Посмотрите кругом. Видите автоматчиков? Это моя маленькая армия. Зачем она мне, как вы думаете?
Они вышли из сада. Теперь впереди возникло большое строение, похожее на фермерский дом, с огромными зелеными дверями. Откуда-то изнутри доносился звук двигателя, увеличивающего число оборотов.
— У нас есть фотографии вашей машины перед зданием клуба Рассела в ночь убийства. После того как вы с ним встретились, он поехал на Виктория-стрит к тому самому месту, где позднее подорвали автомобиль, покушаясь на жизнь министра внутренних дел Иванова. У вас есть какие-нибудь соображения насчет того, что именно могло вынудить его отправиться туда в столь позднее время?
— Это сущие дьяволы! — со злобой проговорил Шагал. — Мерзавцы! Вы себе даже не представляете. Носят хорошие костюмы. Говорят на таком замечательном английском, что вам кажется, будто все в порядке. Вы считаете их людьми, с которыми «можно иметь дело», как двадцать лет назад миссис Тэтчер отозвалась о Горбачеве. Но не будьте наивны. Только не с ними. С такими иметь дело невозможно. Россия родилась из большого болота. Мы десять веков пытались выкарабкаться. И всегда были, по европейским меркам, бедолагами, суеверными невеждами. И вот произошло чудо, которое призвано нас спасти. Знаете, что это за чудо?
— Нефть? — отважился предположить Грейвз.
— Нефть, — подтвердил Шагал. — Россия обладает вторыми по величине запасами нефти в мире. Двести миллиардов баррелей. Мы выкачивали по девять миллионов баррелей в день и даже больше. Теперь это в прошлом. Те, кто нынче командует нефтяными компаниями, желают прикарманивать абсолютно всю прибыль и ни за что не поделятся с другими. Они скорей позволят нефтяным вышкам покрыться ржавчиной и прийти в негодность, чем захотят модернизировать наши буровые установки совместно с западными партнерами. Вместо того чтобы вести разведку новых залежей, они, словно наседки, все силы тратят на то, чтобы никого не подпустить к старым. Проблема в том, что те, кто прибрал к рукам наши полезные ископаемые, никакие не бизнесмены. Это бывшие шпионы, причем шпионы тупые и страдающие паранойей. Они постоянно оглядываются, но никогда не смотрят вперед. Называют себя патриотами, у которых сердце обливается кровью за матушку-Русь. С некоторых пор я решил, капитан Грейвз, что нет никого ужаснее патриотов.