Лучи заходящего солнца, словно языки пламени, окутывали фигуру Карла Петерсена, когда он продолжил свои дьявольские откровения:

— Год назад Джеймс Гоферд передал мне досье на ваших родителей. Он поручил мне убить вашу мать, подстроив несчастный случай. Он хотел, чтобы это произошло быстро и, по возможности, в пятницу, тринадцатого, чтобы это выглядело символично. Что касается вашего отца, Гоферд хотел, чтобы мы подготовили все заранее и провернули эту операцию во время его поездки в Индию. Судя по тому, что мне известно, ваш отец начинал планировать свои путешествия задолго до отъезда, за ним наблюдали уже давно. У меня в руках было полное досье, но я не стал ничего делать. Я сказал Джеймсу Гоферду, что устал. Устал от этой работы, от его бесконечно сложных планов. Убийство ваших родителей в качестве финального аккорда моей долгой карьеры вовсе не вдохновляло меня. Я отказался. Гоферд был обижен, но он знал, что я работал и на другие Тени, кроме него. В частности, на Бонневиля. Тогда он согласился забрать досье и забыть обо мне. Думаю, что он передал дело другому партнеру.

Яэль сжала руку Томаса.

Этот человек украл ее жизнь. Ее мать была убита. Ее убил Гоферд. Яэль сделала над собой усилие и выдержала удар. Она смотрела на чудовище, которое сидело перед ней.

— Если вы отказались, то почему ваше имя тоже есть в списке Бонневиля?

— Потому что этот идиот шпионил за Гофердом. Это было частью его маленькой игры! Однако его информация устарела.

— Вы могли бы его предупредить, — возразил Томас, — ведь он был вашим другом.

— Я еще жив только потому, что никогда не предавал руку, которая меня кормит. Ни Гоферда, никого. В день подведения итогов я просто хотел окончательно отойти от дел. Гоферд это понял. — Петерсен снова облизнул потрескавшиеся губы. — Бонневиль — как я, — продолжил он, — он решил, что все зашло слишком далеко. Он хотел положить этому конец. Но если бы он стал действовать напрямую, то не только рисковал бы своей финансовой империей, но и получил бы удар от Гоферда Последствия вы можете себе представить. Бонневиль должен был действовать через кого-то еще. Кого-то, кто не принадлежал к Теням. Кто никак не был с ним связан.

Яэль предчувствовала, что за этим последует.

Петерсен продолжал:

— Я думаю, что тогда он задействовал свою сеть, чтобы следить за Гофердом и узнать, что тот замышляет. И вышел на вас. Он решил, что вы должны все знать. В надежде, что, когда вы все поймете, вы вступите в большую игру. Но оказалось, что Гоферд сам следил за игрой своего соперника, и ему это не нравилось. Бонневиль все потерял.