Неверные так и не поймут, кто нанес смертельный удар.
После второго взрыва путь к строительству третьего храма будет расчищен в буквальном смысле.
И лишь тогда Ковчег Завета вернется на свое законное место в святая святых. Лишь тогда он станет проводником, объединяющим небеса и землю. И лишь тогда Господь передаст человеку новый завет, вымостив путь для святого царства, которому суждено процветать тысячу лет. То будет истинная теократия, где суд над неверующими окажется скорым и суровым. То будет единое христианское государство под Богом.
— Сэр, часовые только что завершили обход и доложили, что все в порядке.
Макфарлейн бросил взгляд на сержанта-комендора, застывшего в дверях. Доклад не рассеял его страхи. Долговязый англичанин оказался достойным противником, каким-то образом ему удалось расправиться с двумя лучшими людьми из «Воинов Господа». Хотя Макфарлейн был убежден, что Эйсквит понятия не имеет о том, что Ковчег переправлен на Мальту, он не мог сбросить со счетов, что этот человек совершил то, к чему до него стремились многие, неизменно терпя неудачу: он нашел Ковчег Завета.
— Держите меня в курсе.
Схватив очки ночного видения, Макфарлейн подошел к окну и, облокотившись на подоконник из известняка, снова устремил взор в море.
«Один, если с суши, два, если с моря».[60]
Он усмехнулся, развеселенный этой мыслью. Подобно отцам-основателям, полковник также собирался начать революцию. Но только библейских масштабов.
Глава 83
Глава 83
Кэдмон торопливо поднимался по коварной тропе, проделанной в стене известняка, радуясь слабому сиянию звезд над головой, поскольку он не мог рисковать, используя фонарик. По крайней мере, до тех пор, пока не поднимется наверх и не изучит местность. Несомненно, Макфарлейн расставил часовых, которые без колебаний откроют огонь по случайному лучику света.
В его сорок лет колени ныли от мучительно долгого восхождения. И Кэдмон прекрасно сознавал, что теперь у него за спиной больше нет силы и мощи правительства Ее величества. Он был предоставлен сам себе. Одинокий голодный волк.
Слегка запыхавшись, Кэдмон достиг вершины. Это оказалось скалистое плато, лишенное деревьев. Метрах в двухстах к северо-западу виднелся силуэт башни Святого Павла, единственный ориентир на голом открытом пространстве. Когда-то, много столетий назад, рыцари-иоанниты с этой башни подавали сигналы кораблям в море. Жалея о том, что у него нет очков ночного видения, Кэдмон присмотрелся и разглядел в темноте очертания большого армейского грузовика, стоящего рядом с башней.