— …папочка на диване спрятался под одеялом.

Я соскакиваю с кровати и надеваю халат. Ава чешет светловолосый затылок.

— Мамочка, можно ко мне придет Феба и мы поиграем?

Я никак не реагирую, потому что спешу к двери спальни. Настало время узнать правду о прошлой ночи.

В гостиной Пола нет. Я нахожу его в кухне облокотившимся о кухонный шкаф с чашкой чая в одной руке и кусочком тоста в другой. Он одет, побрит и разговаривает с Джошем, который согнулся над тарелкой с хлопьями. Мой муж выглядит абсолютно нормально.

— Вот, я сделал и тебе.

Он поднимает чашку и улыбается. Я не улыбаюсь в ответ, лишь скрещиваю руки, всем своим видом показывая «только попробуй». Он опускает чай и перестает улыбаться.

— Что случилось прошлой…

— Ничего.

— И это было «ничего»?

— Я напился и распустил нюни, вот и все.

Он пожимает плечами, словно пытается не придавать этому значения.

Я скептически щурюсь, не веря ни единому его слову.

— Но ты сказал, что…

Мы оба смотрим на голову Джоша, проверяя, не повернулся ли он. Мне не стоит называть это слово. Я даже не уверена, смогу ли произнести «убил», — это кажется таким неестественным и наигранным при свете солнца, бьющего в окно, и сообщении о пробках на автостраде М25, звучащем по радио.

— Не глупи.

— Так что же произошло?

— Ничего!

— О ком ты говорил?

Джош начинает чувствовать, что наш разговор не похож на тот, что обычно происходит по утрам, и как черепаха медленно высовывается из своего панциря, так и он поднимает голову над тарелкой и удивленно смотрит на родителей.