— Мне можно работать?
— Разумеется. Стражи ведь дают задания не каждый день. Можешь устраиваться на любую работу, только не на полную занятость. Ну и вообще, для прикрытия. Но знаешь что? — Коити ухмыльнулся и положил руку ей на плечо. — Я был бы спокоен, если бы ты работала где-нибудь в безопасном месте.
Дзюнко посмотрела ему в лицо:
— Почему? Потому что мы партнеры?
— Именно, — серьезно ответил молодой человек.
Они молча смотрели в глаза друг другу. Наконец девушка улыбнулась одними уголками рта, как это делал Коити.
— В таком случае договорились, — коротко заключила она.
Но Коити не улыбнулся в ответ, продолжая смотреть в глаза Дзюнко, словно заглядывал ей в душу. Так они и стояли на пустынной заснеженной улице, словно статуи, только морозный пар от их дыхания поднимался в ночной воздух.
Внезапно Коити наклонился и обнял девушку. Вместо того чтобы оттолкнуть его, она уткнулась головой в его плечо, обтянутое толстым свитером. Раньше он казался ей очень худым, но теперь она обнаружила, что он гораздо крепче, чем выглядит на первый взгляд. Она почувствовала, как он коснулся ее волос подбородком, а потом губами. Все мысли вылетели у нее из головы. Она только почему-то дрожала, но не от холода и не от страха.
Потом ей вдруг пришла в голову мысль, и она тут же высказала ее вслух:
— Ты совсем одинок?
Молодой человек вздрогнул от удивления.
— Я это знаю по себе. — Дзюнко отстранилась и посмотрела ему в глаза, казавшиеся совсем темными. Слова вырвались у нее сами собой. — Но ты должен знать, что я никому не доверюсь всей душой, пока мы вместе не убьем кого-нибудь. Пока
Коити прищурился и осторожным движением смахнул слезу со щеки Дзюнко.
— Я тебе не Кадзуки Тада, — заявил он, обдав ее морозным дыханием. — И не забывай, пожалуйста: мы не убиваем.
— А что же мы делаем?
— Вершим правосудие. — Молодой человек наконец улыбнулся.
Он обхватил лицо Дзюнко обеими ладонями, коснулся лбом ее лба и закрыл глаза. Девушка тоже закрыла глаза. Они словно молились вместе, хотя она не знала кому и о чем.
— Спокойной ночи. — Коити отстранился, улыбнулся ей и направился к машине. — Беги домой, а то простудишься.