Счастливым и возбужденным. Его член по-прежнему торчал из кожаных штанов.

Он наверняка заметил, что она смотрит на его страшную плоть.

— Эх и повеселимся же мы с тобой, детка, — сказал он и подался вперед.

Джейн опустила руки в воду и бросила револьвер.

— Раздевайся, — сказал он. — Снимай с себя все, или я сорву твои тряпки кнутом. А ты знаешь, что я могу это сделать. Но можно повредить твои титьки, а мы бы этого не хотели, не так ли?

— Не делай этого, — сказала она. — Я… Дай мне выйти из воды, хорошо?

— Выходи. Я так рад буду видеть тебя, моя дорогая.

Джейн двинулась к поручню и наконец вылезла из бассейна.

— А теперь брось нож.

Обеими руками она стала снимать с себя застегнутый ремень.

— Да уж, ты приготовилась. Должно быть, старый бойскаут, правда?

— Герлскаут.

— Ну правильно. Ты ведь девушка. Точно. А нож ты все-таки брось. Хорошо?

Но она не бросила его. Джейн схватилась за его ручку и потянула вверх. Длинное широкое лезвие стало выходить из ножен.

— Ты, должно быть, шутишь.

Она отшвырнула в сторону пояс и ножны.

— Даже не думай об этом.

— Кто сказал, что нужно о чем-то думать? — спросила она и двинулась на него. Джейн шла очень медленно, прикрывая рукой лицо. Кнут щелкнул по руке и обжег своим языком ее спину. Боль свела мышцы, но Джейн продолжала идти, заставляя его отступать, одновременно снова и снова нанося ей удары.

Она слышала, как вскрикивает от боли.

«Неужели это я? Неужели все это делаю я?» — подумала она.