Она не ответила. Не могла. Слеза скатилась у нее по щеке. Он подвел ее к кровати и усадил себе на колени.

– Отдохни, – сказал он, – я никуда не собираюсь уходить.

Тори прижалась лицом к его плечу, ощущая его тепло, силу, его надежность.

Нежно, очень нежно он провел руками по ее телу, медленно ослабил узел пояса и снял с нее халат. И положил свою руку ей на сердце. Оно бешено застучало.

– Думай обо мне, – сказал Кейд, – посмотри на меня.

Он поцеловал ее шею, погрузил руки в ее волосы, а она стала расстегивать его рубашку.

– Как хорошо, что ты со мной, – прошептала она. – Ты такой теплый. Настоящий.

Он коснулся губами ее груди. Кровь у нее побежала быстрее по жилам. Его руки, сильные, терпеливые, словно выметали колючий сор из ее подсознания.

А в мире Кейда сейчас не было никого, кроме нее. Темно-серый дым ее глаз поглощал все вокруг… Она легла на него сверху, прильнула всем телом, и он ощутил судорогу, пронзившую ее…

– А теперь тебе надо поспать, – мягко сказал он.

– Я боюсь спать.

– Но я же буду с тобой.

– Ты не принесешь мне стакан воды?

Когда он вернулся, она сидела на краю постели. В халате.

– Мне надо поговорить с тобой. Я должна рассказать тебе о своей жизни в Нью-Йорке.

– Я знаю, что там произошло, но ты ни в чем не виновата.

– Ты знаешь далеко не все. Только то, что слышал в новостях.

Он провел рукой по ее волосам.

– У тебя была другая прическа. Ты стриглась короче и осветляла волосы.

– Пыталась обрести новое «я». – Она выдавила из себя смешок.