— Но это лишь треть от объявленной награды. Остальное забираешь себе?

— Ни цента. Как уже сказал, я не получаю ничего и именно по этой причине спрашиваю себя, зачем во все это влезаю.

Еще одна пауза, пока он раздумывает над встречным предложением.

— Мне не нравится такой расклад, Радд. Я не увижу второй части денег.

А мы — девушки, думаю я, но говорю другое:

— Послушай, Арч, ты получаешь двадцать пять штук от людей, которые готовы тебя убить, как только увидят. Это намного больше, чем ты заработал за весь прошлый год честным трудом.

— Я не верю в честный труд. И ты тоже. Потому и пошел в адвокаты.

— Ха-ха. Умно́́. Так тебе нужна сделка, Арч? Если нет, я умываю руки. Мне есть чем заняться в ближайшие дни.

— Пятьдесят штук, Радд. Налом. Пятьдесят штук, и я говорю тебе, причем тебе одному, где сейчас девчонка. Если это подстава или я почую где-то рядом копов, я тут же смотаюсь, сделаю один звонок, и девчонку уберут. Это понятно?

— Понятно. Насчет денег я не уверен, но передам условие через свой контакт.

— И не тяни, Радд, мое терпение на исходе.

— Ну, если будут деньги, то время у тебя найдется. Кого ты хочешь провести, Свэнгер?

В трубке короткие гудки. О сне можно забыть.

15

15

Через три часа я останавливаюсь возле круглосуточного магазина и покупаю бутылку воды. У дверей ко мне подходит полицейский в штатском и недовольно спрашивает:

— Радд, это ты?

Поскольку это я, он протягивает мне коричневый бумажный пакет для бакалейных товаров, в котором лежит коробка из-под сигар.

— Пятьдесят штук. Сотенными купюрами.

— Годится, — отвечаю я. А что мне остается? Сказать «спасибо»?