Бекка развернулась и убежала.

Она даже не осознавала, что плачет, пока не добралась домой. Ей не хотелось останавливаться. Она хотела бежать и бежать, пока не окажется на другом конце света, как можно дальше от Брекстона и его яда. Как он мог так с ней поступить? Как он мог?! Телефон завибрировал. Эйден.

Да что с тобой???? Это просто КОФЕ. Ничего такого. Охренеть, Бекка. Что с тобой??? Ты совсем слетела с катушек. Ты что, меня преследуешь?

Да что с тобой???? Это просто КОФЕ. Ничего такого. Охренеть, Бекка. Что с тобой??? Ты совсем слетела с катушек. Ты что, меня преследуешь?

Прочитав это, она расплакалась с новой силой. Он даже не злился. Он был раздражен, а это еще хуже. Она его нервировала – всего лишь. В этом сообщении даже не было достаточно эмоций, это его не взбесило. Она опять выставила себя дурой, и теперь Таша об этом знала. Они были вместе. Он наверняка показал ей это сообщение.

Как же ей хотелось умереть! Она ворвалась в свою комнату и хлопнула дверью, не заботясь о том, что это выглядит по-детски. Она упала на кровать лицом вниз и рыдала, пока на ее подушке не образовалась целая лужа слез и соплей. Ее уже не волновала Ташина ложь, не волновали слова Хейли, не волновало это никчемное зеленое платье. Ничего из этого не имело значения. А вот то, что сейчас произошло, имело. Если она тогда думала, что ее жизнь закончилась, то теперь она закончилась вдвойне. Таша расскажет об этом Вики и Джоди, а они – всем в школе. Наверное, это пойдет по всему интернету. Над ней будут смеяться. Ревнивая, сумасшедшая Бекка Крисп.

Она заскучала по Ханне. Внезапно. Резко. Ханна смогла бы ее успокоить. Если бы она не умерла, всего этого дерьма не было бы. Может, они с Эйденом до сих пор были бы вместе. Она глубоко вздохнула, понимая, что непреодолимая жалость к себе может вынудить ее обвинить во всем Ханну. Она сама виновата. Виновата, что вела себя как психопатка. И в том, что Эйден оказался лживым ублюдком. И в том, что Таша из тех девушек, которые всегда легко получают желаемое.

Она всех их ненавидела. Ненавидела себя. И не хотела больше об этом думать.

Она поплелась вниз ужинать и за столом делала вид, что ест, и избегала разговоров, а когда мама спросила у нее, что случилось, она пожала плечами и сказала, что скучает по Ханне. Это был самый простой способ заставить их прекратить разговор. У ее родителей, как и у нее, не получалось нормально говорить о своих эмоциях. И она ни за что бы не стала им рассказывать, что у Эйдена и Таши было свидание. Она могла обойтись и без их жалости.