Я кивнул: усек, ребята. А от меня вам что нужно?

— Ты правда можешь вскрыть его сейф? — спросил Манхэттен.

Я снова кивнул.

— Это все, что мы хотели знать.

Бруклина мой ответ не убедил, но выбора у него не было. Им уже осточертело ждать медвежатника. Этим медвежатником, взломщиком сейфов, был я.

Через три часа, когда зашло солнце, я сидел на заднем сиденье фургона с надписью «Элитный ремонт». Манхэттен вел машину, Бруклин устроился рядом с ним и поминутно оборачивался ко мне. Эти двое подготовились, как могли, — взяли на себя всю беготню, разведали все про нашу цель, спланировали дело от начала до конца. А меня вызвали в последнюю минуту как специалиста. Солидности мне не прибавил ни подбородок, до сих пор незнакомый с бритвой, ни моя дурацкая немота.

Насколько я мог судить, мы направлялись к фешенебельным кварталам — видно, к Мейн-лейн, о которой я был наслышан. Там, в пригородах к западу от Филадельфии, селилась старая денежная аристократия. Наконец мы свернули с шоссе. Каждый следующий особняк, мимо которого мы проезжали, был больше и роскошнее предыдущих, но нас никто и не думал останавливать. Тем и хороши особняки потомственных богачей: их выстроили задолго до того, как было придумано выражение «охраняемый коттеджный поселок».

Манхэттен свернул на длинную подъездную аллею, миновал место, где она делала петлю, приближаясь к входной двери, обогнул дом и остановился возле большой мощеной площадки и гаража — судя по виду, машин на пять. Мои спутники надели хирургические перчатки. Пару, которую выдали мне, я сунул в карман. В перчатках я еще никогда не работал и экспериментировать не собирался. Манхэттен бросил взгляд на мои голые руки, но промолчал.

Мы вышли из фургона и направились к задней двери. Едва мы приблизились к дому, сработали датчики движения, включился свет, но никто и ухом не повел. Свет просто нас приветствовал. Сюда, джентльмены. Позвольте, я вас провожу, куда вам надо.

У двери мои спутники остановились, явно в ожидании, когда я докажу, что знаю толк в своем деле. Из заднего кармана я вытащил кожаный футляр и приступил к работе. Выбрав вращатель, я ввел его снизу в замочную скважину. Затем взял тонкую отмычку и занялся штифтами замка. Переходя от одного штифта к другому и продвигаясь вперед, я подталкивал каждый ровно настолько, чтобы он коснулся линии среза. Я знал, что в таких домах ставят замки с грибовидными штифтами, а может, даже и с зубчатыми. Перебрав все промежуточные положения штифтов, я снова прошелся по ним, подталкивая каждый еще на долю дюйма, не ослабляя нажим вращателя и не думая больше ни о чем.