Он закусил губу.

На вокзале Кингз–Кросс они пересели в такси и поехали домой — на Сент–Джонс–Вуд. Прислуга находилась в отпуске, и дом был пуст. Этот дом был безукоризненно оборудованным, комфортабельным гнездышком, где имелись в избытке всевозможные приспособления, избавлявшие от необходимости заниматься черной работой.

Но Гилберт не испытывал радости, показывая ей свою квартиру. Тревожное предчувствие не давало ему покоя…

Затем Эдит направилась к себе в комнату переодеться, так как было решено пообедать вне дома.

Они пробыли в ресторане до десяти часов вечера, а затем вернулись домой.

Гилберт направился в кабинет, его жена прошла к себе, сказав, что вернется к кофе.

В ее отсутствие он добросовестно занялся приготовлением кофе, затем наполнил две чашки душистым напитком.

Она вошла…

Чудесный утренний сон развеялся окончательно, и к Гилберту вернулся ясный ум. Увидев Эдит, он поднялся со своего кресла и шагнул ей навстречу…

Гилберт понял, что именно сейчас и произойдет то, чего он боялся. Тревожное предчувствие не обмануло его.

Эдит еще не начала говорить, а он уже знал, о чем пойдет речь.

Прошло несколько минут, прежде чем она сумела найти нужные ей слова. Видно было, что давались они ей с трудом.

— Гилберт, — начала она, — я поступила дурно с тобой, и вдвойне дурно то, что я не могла найти в себе мужества рассказать тебе обо всем раньше…

От этих слов у Гилберта сжалось сердце.

— Я никогда не любила тебя, — продолжала Эдит. — Ты всегда был для меня только милым другом. Но…

Она внезапно замолчала, так как поняла, что сейчас чуть было не предала родную мать, собираясь обвинить ее. А не лежит ли большая доля вины на ней самой? Ведь могла же она, в конце концов, воспротивиться этому пошлому браку! И Эдит решила всю вину взять на себя.

— Я вышла за тебя замуж… — медленно произнесла она, — потому что… ты… богат… потому что ты… будешь богат…

Последние слова она прошептала чуть слышно. В ней происходила тяжелая борьба: ей не хотелось, чтобы он слишком дурно думал о ней, и в то же время она хотела сказать ему всю правду.

— Значит, все это… из–за моих денег? — изумился Гилберт.

— Да, я… я хотела выйти замуж за богатого человека. Наши обстоятельства… наше материальное положение… сильно пошатнулось…