Ее губы блестели от красной помады, зубы сияли белоснежной белизной, но рот исказился так же отвратительно, как некогда искажался рот Розиного отца. Возможно, она-то и прикончила свою бабку, подумала Роза. Люди не так уж редко убивают собственных родственников. Родители – детей, дети – родителей и дедушек с бабушками… Ей ли не знать.

– Ты вообще слушаешь, тварь легавая? – донеслось от раковины, где сидела и подтиралась Дениса.

Но Роза не слушала.

Когда в уборной зажигался свет, она концентрировалась на изучении помещения. В вытяжном отверстии был установлен вентилятор, работавший только при включении света. Кажется, выше второго этажа жизнь замерла. Если б на третьем этаже кто-то обитал, Роза могла бы постараться громко застонать в надежде быть услышанной через отдушину, хотя это и было маловероятно. Но соседей сверху не было дома, квартира пустовала. А помимо этой ничтожной возможности, никаких иных вариантов коммуникации с внешним миром не оставалось.

Она попыталась приподнять голову, потянувшись к правой руке – по ощущениям, здесь ремень стягивал запястье чуть слабее, – однако на этот раз даже не смогла толком повернуть голову. В общем, Роза никак не могла помочь себе, а рассчитывать на то, что женщина, находившаяся рядом, сжалится над ней, не приходилось.

– Вряд ли ты слышала о том, как однажды дед взял меня на аукцион, где я нечаянно уронила на пол китайскую вазу. Думаешь, бабка обрадовалась, когда мы вернулись домой и сказали, что я разбила вещь стоимостью в тридцать тысяч крон? А мать, думаешь, встала на мою защиту?

Роза потупила взгляд. Всю жизнь она слишком близко к сердцу воспринимала подобные истории. Она не могла смотреть фильм, в котором по сюжету с ребенком плохо обращались. Она терпеть не могла слушать взрослых, пытавшихся оправдать собственные жестокие поступки. Она не переносила мужчин с пальцами, пропитанными никотином, мужчин с пробором на правую сторону, мужчин, которые начинали фразу со слов «но ведь ты…». К черту эта проклятое самодовольное «ведь», которое служит лишь для того, чтобы создать пропасть между говорящим и слушающим! И еще она не выносила женщин, которые не защищали собственных детей. И вот теперь эта дурочка решила вспомнить былое… Роза не желала все это выслушивать!

Тут подруга позвала Денису в гостиную, так как по телевизору шли какие-то важные новости. Дениса спрыгнула с раковины, бросив использованный клочок туалетной бумаги на пол.

Судя по всему, новости были долгожданными, ибо Дениса даже не потрудилась прикрыть за собой дверь.