– Ты не знаешь, как ты вынуждала меня себя чувствовать.

– Ради всего святого, Адам, ты хоть сам себя слышишь? Как насчет меня? Как насчет моих потребностей? Попробуй представить, что я чувствую. И как мне это тяжело. В моем мире все изменилось. Мое тело, моя повседневная жизнь, мои приоритеты, вообще все. А для тебя что изменилось? Ты стал получать чуть меньше секса. У тебя появился миленький ребенок: можно прийти домой, часок поиграть с ним и залечь спать.

Он порывался что-то сказать, но я ему не позволила:

– Но разве я ночами брожу по улицам, отчаянно мечтая с кем-нибудь потрахаться? Или тайком ускользаю со свадьбы ради убогого свидания с мужчиной – хотя даже не знаю, как его зовут?

– Это не повторится, – заявил он, словно предполагая, что я должна быть ему благодарна за столь самоотверженное обещание. – Я напился, мне было одиноко. Я совершил ошибку.

– И все? – спросила я. – И ты всерьез ждешь, что просто вселишься обратно и снова будет благодать?

– Я никогда не хотел… причинять тебе боль… Обещаю, я никогда больше не сделаю тебе больно.

Его слова эхом отдавались у меня в голове. Но мне казалось, что их произносит кто-то другой. Я закрыла глаза, и на меня нахлынули воспоминания о том, как передо мной стоит Джеймс и говорит то же самое – «Обещаю, я никогда не сделаю тебе больно». Да, он так и сказал. Меня затошнило от внезапного осознания: главным в его словах было совсем не его обещание, а предупреждение, что боль мне может причинить Адам.

– Как бы ты поступил на моем месте? – спросила я Адама. – Если бы обнаружил, что я была с другим?

Его передернуло, на лице заходили желваки.

– Я бы его убил, – произнес он.

44

44

Адам въехал обратно через две недели после свадьбы Джеймса и Кейт. Его мольбы разрешить ему вернуться становились все громче, по мере того как подходило к концу их свадебное путешествие: по возвращении они, несомненно, выставили бы Адама из своей квартиры.

– Ты всегда можешь пожить у своей мамочки, – задумчиво проговорила я.

– Шутишь? Она совершенно полоумная, – ответил он.

Кажется, мы все-таки начали продвигаться в нужном направлении. Наконец-то.

Памми возглавляла мой список, когда он вернулся домой и я стала устанавливать кое-какие базовые правила. Она могла видеться с Поппи в любое время, когда Адам счел бы нужным отвезти ребенка к ней. Но ее никогда нельзя было оставлять с внучкой наедине. За ними всегда должен был кто-то присматривать. Так я постановила.

– Даже когда понадобится?.. – начал он.