– Вы?

– Мы тебя поддержим, поверь. Слава погорячился. Я уверена, он все понимает, или поймет. Маша поняла, она поняла еще до того, как Петр Ильич ее начал в этом убеждать. Андрей, успокойся, мы сами выбрали этот путь. Мы, мы все, а не один ты. Мы с тобой. Я с тобой, милый. – Оксана обняла Андрея.

– Ты, прости, я кричал на тебя… но, когда я увидел…

– Андрюша, успокойся, все хорошо. Мы… уже ничего не можем с этим поделать. Нам нужно, чтобы Петр Ильич вышел из больницы здоровым, полным сил, энергии и его неиссякаемого оптимизма. Нам нужно дождаться его. Будем ждать…

Но дождаться Петра Ильича не удалось. Ближе к вечеру он скончался…

– Это не первый такой случай, – говорили в больнице. – Что ж, раз вы его не знаете. Удивительно лишь то, что он сам категорически отказался назвать себя. Безымянный труп. Это наша забота… а вам спасибо за участие в судьбе незнакомого человека… Удивительно…

– Мы так не можем! – говорила Мария, когда все вышли из больницы. – Мы не можем взять и бросить его здесь.

Все молчали.

– Маша, – с трудом выговорил Кортнев, – чтобы его забрать…

– Я понимаю, но, мы так не можем… – Мария разрыдалась.

– Машенька. – Вячеслав обнял ее.

– Мы после сообщим о нем родным, – сказал Андрей. – Позже…

– Ты все еще этого хочешь? – спрашивала незнакомка в черном плаще. – Ты и не предполагал, что я могу задать такой вопрос?

– Это произошло не вовремя, его время еще… он еще был готов… – сквозь зубы проговорил Андрей.

– Никто не знает, когда что вовремя, а когда нет. Все, по большей части, в этом мире, происходит вдруг.

– Я не намеревался отступать.