— Кто именно вам платил? — вмешался Роби.

— Да даже если б вы и узнали, то не посмели бы их и пальцем тронуть. Руки у вас коротки.

— Это почему же?

Парди ухмыльнулся.

— Потому что это ценные и доверенные наши союзники, вот почему! Мы никогда не откроем, что они собой на самом деле представляют. Что, разве газет не читаете? У нас тут принцип — и нашим, и вашим. Мы знаем, что они гады, но ничего не делаем. И хотите знать, почему? Нефть! Тошнит меня уже от всего этого…

— Предварительная оценка сопутствующего ущерба включала и твою мать? — осведомился Декер.

Лицо Парди помрачнело.

— В этом была ваша вина, а не моя. Вы поехали туда расспрашивать ее, мои партнеры занервничали и позаботились о том, чтобы обрезать концы. Меня это не обрадовало, но у меня просто не было выбора. Просто чтоб вы знали: я собирался купить ей шикарный дом, заботиться о ней… Но что у нее было такого, ради чего стоило жить? Сами видели ее обиталище. Халупа в жопе мира. Где бы она ни была сейчас, ей там по-любому лучше.

Джеймисон и Декер даже вздрогнули при столь бессердечном замечании.

— Кто дал вам право принимать решения за нее? — спросил Роби.

— Я сам дал себе право! — огрызнулся Парди.

— Можешь ответить на один вопрос? — произнес Декер.

— Какой еще вопрос?

— Это ты убил Айрин Крамер, Хэла Паркера и Памелу Эймс?

Вид у Парди был искренне недоуменный.

— Да, я знаю Хэла. Охотился с ним. Я не знал, что он мертв.

— Ну, мы тоже в этом до конца не уверены… А остальные?

— Никогда про таких не слышал — как, говорите, их звать, еще раз?

— Айрин Крамер и Памела Эймс.