— Я могу идти. Это не займет у меня и пяти минут. А пока попроси Стэна Уилкса впустить тебя в офис.

— Хорошо, конечно. Просто будь осторожна, хорошо?

— Я всегда осторожна.

Он искоса смотрит на меня, как бы говоря:

«Мы оба знаем, что это неправда».

— 62-

Расстояние от Арт-центра до дома Калеба составляет всего несколько кварталов, поэтому я иду туда пешком, мои мысли быстро возвращаются к постингу и фотографиям, на которые я пялилась несколько дней, Кэмерон в роще, Шеннан с ее взвешенным взглядом, ее настороженностью. Я все еще далека от понимания того, как все точки соединяются, но поиск студии должен быть своего рода прорывом. Даже если художники в Центре обычно много переезжают, Стэн Уилкс должен быть в состоянии предоставить нам список имен для просмотра в нашей базе данных. Специалисты криминалистической лаборатории также должны быть в состоянии довольно легко снять отпечатки с проводки, если бумага не была перевернута или сдвинута. А потом у нас есть картины, которые, надеюсь, Калеб поможет нам разместить.

Я прохожу через парадные ворота, замечая, что в гараже горит свет. Внутри я вижу большую фигуру Калеба, пересекающую квадратное окно. Когда я подхожу, легонько постукивая в дверь, он стоит перед подвесным мольбертом с большим холстом на нем. Из того, что я вижу, изображение абстрактное, полное темных волнистых изгибов. Каким-то образом до этого момента от меня ускользало, что Калеб тоже художник.

— Анна, — говорит он, открывая мне дверь. — Что случилось?

— Извини, что врываюсь к тебе вот так. — Я вхожу внутрь и вижу, что он очень сильно взялся за то, на чем остановился его отец. Крупномасштабные произведения. Смелые и почти дикие линии. — Просто мы нашли несколько картин твоего отца с автографами в Художественном центре. Может быть, ты сможешь подойти и опознать их для нас или даже помочь нам узнать, кому они принадлежат.

— О, вау. — Он вытирает руки тряпкой, которую держит в руках, а затем бросает ее в ближайшее пятигаллонное пластиковое ведро на бетонном полу, не глядя вниз, как будто он точно знает, где что находится. Пространство позади него безупречно организовано. Кисти и тюбики с краской аккуратно и даже цветно расставлены на его рабочем столе. Во времена Джека, когда он рисовал здесь, помещение всегда выглядело так, как будто принадлежало скряге. Теперь все поразительно на своих местах; пол чисто выметен. — Что ты там делала?

— Просто проверяю зацепку по делу Кэмерон Кертис. Картины были полной неожиданностью. — Я подхожу немного ближе к его мольберту и незаметно вижу, как он двигает своим телом перед ним.