Осокин остановился в двадцати шагах от животного – то стояло у него на пути под проливным дождем и упрямо смотрело в его сторону. Да что же это? Он не верил своим глазам.

Осокин открыл дверцу и вышел из машины. Ему бы чем-нибудь вооружиться, но эта мысль поздно пришла в голову. И все-таки он не верил своим глазам, пока осторожно ступал вперед. Дождь лил за шиворот молодому ученому, но Виктор не замечал дискомфорта. Летняя ночь была теплой, но холодок уже колко бежал по его спине. Белоснежное животное, по шерсти которого обильно стекала вода, оказалось и впрямь размером с небольшого теленка, это да, но что-то с ним было не так! Осокин остановился в десяти шагах от животного. В ослепительном свете фар на него упрямо смотрел Единорог! Да-да, копытное животное с единственным рогом во лбу. С длинным узловатым крученым рогом, который, если присмотреться к нему внимательнее, выглядел весьма угрожающе. Осокин даже ущипнул себя за руку – не сон ли это? Что делало это сказочное животное на трассе среди ночной тьмы? И почему так внимательно и даже пугающе смотрело на него, Виктора Осокина, словно именно его и поджидало здесь в этот час?

Так что это, призрак, видение, галлюцинация? Но Единорог приветственно кивнул Осокину, причем снизу вверх и панибратски, и ученый автоматически ответил кивком диковинному созданию. Осокин даже не замечал дождя, который уже промочил его почти насквозь, стекал по лицу и заливал глаза. Сейчас он как будто переступил порог, за которым заканчивался реальный мир и открывался другой, манящий, но еще более пугающий. У него в голове пронеслась мысль, а не надышался ли он парами волшебного эликсира, пока готовил его по формуле учителя, не в состоянии ли он наркотического опьянения, о возможности которого ему забыл рассказать профессор Рудин.

– Кто ты? – сипло спросил Осокин и сам вздрогнул и от своего незнакомого голоса, и от заданного вопроса. И повторил громче: – Кто ты?

– Орловский рысак, – хрипловато ответило животное. – Только что с Эпсомских скачек. – Насмешка звучала в его тоне. – Не видишь?

– Нет, – покачал головой Осокин. – Ты – Единорог.

– А чего тогда спрашиваешь? – спросило белоснежное животное, по шерсти которого катила вода. – Глазам верить надо, Витя.

– Ты знаешь меня? – прошептал Осокин.

– Еще как знаю.

Может быть, он попал в аварию, судорожно решал Осокин, и сейчас находится в коме, и все это лишь его галлюцинации?

– Лучше скажи, куда едешь, Витя? – вдруг спросил Единорог.

Да, он точно наглотался паров эликсира! Ведь райский запах шел от него – тысяч благоуханных цветов. И теперь, по-простецки говоря, у него ехала крыша. Вот что с ним происходило сейчас. Надо бы просто съехать с дороги и отдышаться…