— Я? — Тут же искорка привычного негодования загорелась в глазах Бидвелла. — Почему это я должен ее читать?

— Потому что, — ответил Мэтью, — я вам это сказал.

— Мне сказал? — Бидвелл надул губы и фыркнул. — Я не буду произносить столь личные слова только потому, что мне кто-то приказывает!

— Мистер Бидвелл! — Мэтью стиснул зубы. Этот человек невыносим даже в качестве союзника! — Это необходимо.

— Я согласился на эту встречу, но не соглашался читать столь серьезную молитву к Господу моему по чьему-то требованию, будто это строчки из балаганной пьесы! Нет, я не буду ее произносить! И меня за это нельзя объявлять колдуном!

— Да, похоже, что у вас и Рэйчел Ховарт одинаковое упрямство — вы не находите, сэр?

Мэтью приподнял брови, но Бидвелл больше не стал отвечать.

— Хорошо, мы к вам вернемся.

— Возвращайтесь хоть сто раз, будет то же самое!

— Шилдс? — обернулся Мэтью к человеку в очках. — Вы не согласитесь помочь мне в этом деле и прочесть молитву Господню?

— Что ж… хорошо. Я не понимаю смысла, но… ладно.

Шилдс обтер рот тыльной стороной ладони. Пока Уинстон читал молитву, он допил бокал и теперь смотрел в пустой сосуд.

— У меня вино кончилось. Можно мне еще бокал?

— Как только будет произнесена молитва. Не начнете ли?

— Ладно. Хорошо. — Доктор заморгал, и глаза его стали чуть остекленевшими в красноватом свете свечей. — Ладно, — повторил он и начал: — Отче наш… иже еси на Небеси… да святится имя Твое, да приидет царствие Твое, да будет… воля Твоя… яко на Небеси… тако и на земли… — Он остановился, вытащил из кармана песочного цвета пиджака платок и промокнул испарину на лице. — Извините, здесь жарко… вина… мне нужно выпить холодного…

— Доктор Шилдс? — тихо окликнул его Мэтью. — Продолжайте, пожалуйста.

— Я уже достаточно сказал! Что это за глупости?

— Почему вы не можете дочитать молитву, доктор?