– Точно так говоришь, – поддержал его Семеныч. – В этот раз на чем брагу ставил? – Поинтересовался он.

– Да с прошлого лета варенье осталось, банок двадцать, мне моя и отдала, не пропадать же добру, а так все сгодится, – отвечал Кузьмич.

– Правильно рассудила твоя баба, – подметил Француз. – Мне моя и рада отдать, но у нас только помидоры и огурцы застаиваются.

– Чья бы корова мычала, ты уже как года три виноград растишь, а результат один: ни браги, ни самогона. – Подметил Володя.

– Да я парни и рад вас угостить, но качество не лучшее. Не хочу вам показывать то, что еще не идеально.

– Да ты показал бы и не идеальный продукт. – Подметил Владимир.

– Может, что присоветуем! – Сказал Кузьмич, подняв вверх указательный палец.

– А вы думаете мне что, жалко? – Воскликнул Жак, вскочив со скамейки. – Сейчас позвоню жене, пусть принесет.

– Ты свою супругу лучше не тревожь, а то гляди и домой загонит, – Добавил Владимир. – Ты сам сходи и заодно и гитару свою возьми, дело чувствую песнями закончится.

– Да точно, Жак, гитару возьми, ты в нашем районе певун лучший, спору нет. – Вторил Владимиру его друг Семеныч, похлопав Жака по плечу.

– Да и то верно, сам схожу, наливай Кузьмич на ход ноги. – Раскатисто скомандовал Жак.

– Сейчас начислю. – Ответил Кузьмич, отрываясь от намазывания горчицы на ломоть черного хлеба. Самогонка была быстро разлита и со словами «быть добру» также моментально выпита.