– посвящается

Голавли

Голавли

К рыбалке я пристрастился очень рано. Первые навыки и практику получил на полноводном Кичуе. На этой реке в детстве мы любили не только купаться, но и наблюдать сенокос, собирать вполне съедобные травки – «дикушу» и борщовник, в зарослях ивняка – смородину, а по высоким холмам правобережья – душистую клубнику. Став чуть постарше, мы и сами наравне со взрослыми заготавливали на лугах сено.

Неодолимая страсть к рыбалке paзвилась во мне под впечатлением увиденного на реке: в тихую солнечную погоду в открытых местах почти на поверхности воды плавали отменные красавцы-голавли – чудное творение бурной водной стихии. Они во многом внешне похожи на язей – такие же быстрые и увертливые, только голова у них массивнее (отсюда и название). Чешуя у голавлей крупнее и ровнее, рот шире, хвост более развит и имеет темный цвет с каким-то фиолетовым отливом.

В раннем детстве я часто любовался ими в воде и никак не мог насмотреться на то, как они уверенно барражировали против течения реки, едва шевеля хвостами и плавниками. Голавли постоянно опробовали ртом плывущий по воде сор, похожий, видимо, на что-то съестное. Иногда захватывали и проглатывали его, а порой, как голуби шелуху от семечек, отбрасывали ненужные частички.

Поражало, что рыбины мало чего боялись. Даже когда мы, разбаловавшись, начинали бросать в них комья земли и палки, они лишь на время исчезали с поверхности, а потом как в ни в чем не бывало снова выныривали из воды.

Подходящих снастей для поимки рыбы в послевоенной деревне не было: леску умудрялись вить из волос конского хвоста либо доставать для этого кордовые нити из старых автопокрышек. Крючки гнули из гвоздя, затачивая напильником. Случайно приобретенный где-то крючок заводского изготовления берегли и ценили так же, как Лыковы в абаканской тайге простую швейную иголку. В качестве насадки для голавля служили дождевые и навозные черви, личинки майского жука и хлеб, которого, к большому сожалению, часто в доме не было.

Голавлей, сорожек, налимов и щук было тогда в Кичуе навалом. Во множестве водились и крупные экземпляры. Достаточно сказать, что опытным рыбакам попадались пудовые (16 кг) щуки. Мне и моим деревенским сверстникам попадались на крючок голавли и сорожки весом в 1 – 2 кг и более. Однако часто из-за несовершенства снастей и малого рыбацкого опыта рыбины срывались, обдавая нас щедрыми брызгами кичуйской воды и заставляя колотиться от волнения нежное детское сердце.