Зоя, пошатываясь, добралась до спальни, поддерживаемая Фомаис.

– Нет! – воскликнула она, когда служанка попыталась уложить ее на кровать. – Меня отравили, глупая! Мне нужно приготовить рвотное. Принеси миску и травы. Живо! Не стой столбом!

Зоя услышала в собственном голосе страх. Комната вращалась и расплывалась у нее перед глазами, становилось все темнее, словно свечи прогорали и гасли одна за другой.

Она подробно объяснила служанке, какой пузырек и какую банку принести. Дрожащими пальцами Зоя зачерпнула крошечной ложечкой порошок и высыпала его в стакан, потом добавила туда два растолченных листка – и выпила все это. Вкус был отвратительный. Женщина знала, что через несколько минут боль усилится и ее будет немилосердно рвать. Но это не продлится долго – вскоре ее желудок будет пуст. К завтрашнему утру она начнет выздоравливать.

Чертов Григорий! Будь он проклят!

Прошло почти две недели, прежде чем она снова с ним увиделась. Это случилось во Влахернском дворце. Там собрались люди, возглавлявшие церковь и государство, старинная кровь и новые деньги. На присутствовавших – как на мужчинах, так и на женщинах – сверкали украшения, достойные королей. Правда, следовало признать, что женщин здесь было очень мало. Зоя знала, что не сможет затмить своими драгоценностями императрицу, посему решила вовсе не надевать украшений, решив подчеркнуть как природную красоту и пропорциональность лица, так и собственную оригинальность. На ней была шелковая, бронзового цвета туника, переливавшаяся разными оттенками при малейшем движении, и золотой шнур в волосах, уложенный в виде короны.

Присутствовавшие обернулись и уставились на Зою, и всеобщий вздох подсказал ей, что она добилась нужного впечатления.

Она сразу же увидела Григория – благодаря своему росту он выделялся из толпы, – но прошел целый час, прежде чем он с ней заговорил. Они оказались наедине – весьма условно, от остальной толпы их отделял ряд выложенных мозаикой колонн. Григорий предложил Зое кусочек медового торта, украшенного миндалем.

– Нет, спасибо, – ответила она, возможно, слишком быстро.

Лицо мужчины расплылось в улыбке. Он никак не прокомментировал ее отказ, но их взгляды на мгновение встретились, и Зоя отчетливо поняла, о чем думает ее собеседник, так же как и он понял, о чем думает она.

Улыбка Григория стала еще шире.

– Ты, как всегда, великолепна, Зоя. На твоем фоне присутствующие женщины выглядят жалко и фальшиво.

– Возможно, того, чего они хотят, можно добиться с помощью богатства, – ответила она, гадая, как он это воспримет.