Тот ошеломленно оглянулся.
— Ориану? Куда послал?
— Я гостила у подруги, у Эсклармонды из Сервиана, в южной части города, когда туда вломилась Ориана в сопровождении двух солдат. Она заявила, будто ты послал ее доставить меня в Шато. — На лице отца она увидела неподдельное изумление. — Она правду сказала?
— Я не виделся с Орианой.
— Ты ведь обещал поговорить с ней о ее поведении в твое отсутствие.
— Не было времени.
— Прошу тебя, не думай, что это пустяки. Она что-то знает — что-то, что может тебе повредить. Я уверена.
Пеллетье побагровел.
— Я не желаю слышать, как ты клевещешь на родную сестру! Это зашло…
— Дощечка с лабиринтом принадлежит Эсклармонде, — выпалила Элэйс.
Он осекся, словно дочь ударила его.
— Что? О чем ты говоришь?
— Вспомни, Симеон отдал ее женщине, которая приходила за второй из книг.
— Не может быть! — выговорил он с такой силой, что Элэйс отшатнулась.
— Эсклармонда и есть третий страж, — заторопилась она, не давая отцу времени возразить. — Та сестра из Каркассоны, о которой пишет Ариф. И про мерель она знает!
— И твоя Эсклармонда утверждает, что она — страж? — требовательно спросил отец. — Потому что если так, то…
— Я не спросила ее напрямик, — сказала Элэйс и добавила: — Но это вовсе не глупо,
— Знаю, что ее считают мудрой женщиной. И у меня есть основания благодарить ее за любовь и заботу о тебе. Ты говорила, у нее есть внук?
— Да, вернее, правнук, Сажье. Ему одиннадцать лет. Эсклармонда сама из Сервиана, мессире. Она перебралась в Каркассону, когда Сажье был младенцем. И по времени сходится с рассказом Симеона.