— Пока нет.

— А о полицейском?

Она повернула к нему лицо.

— О нем можно больше не беспокоиться.

— С каких пор?

— Сегодня рано утром.

— Узнали о нем что-нибудь еще?

Оти покачал головой.

— Если только от него не тянется ниточка к вам, Поль…

— Не тянется.

Минуту она молчала, затем спросила:

— А та англичанка?

— Добралась в Каркасон прошлой ночью. За ней присматривают.

— Вам не кажется, что она заезжала в Тулузу, чтобы оставить там книгу или кольцо?

— Если только она не передала их кому-то в стенах отеля — нет, невозможно. К ней никто не заходил, она ни с кем не встречалась ни на улицах, ни в библиотеке.

На пик де Соларак они прибыли ровно в час дня. Стоянку огородили деревянным заборчиком, ворота стояли на запоре. Согласно его распоряжению, сторожа не было — никаких свидетелей их визита.

Оти отпер ворота и завел машину на площадку. После шумного понедельника сегодня на территории раскопок было необычайно тихо. Стены палаток опущены и закреплены, все горшки, сковородки и инструменты разложены в ряд и снабжены ярлычками.

— Где вход?

Оти указал наверх, туда, где ветер еще играл лентой, огораживавшей место преступления.

Он достал из машины фонарь. Они молча поднимались по склону, задыхаясь в тяжкой послеполуденной жаре. Оти указал на валун, так и лежавший на боку, словно низверженный идол, и вскарабкался первым на несколько метров крутого подъема ко входу в пещеру.