«Издержки духа и стыда расплата…»

Помнится, минувшим вечером, еще до того, как у них с Демельзой все случилось, он размышлял о том, что минувший день начался с поражения и поражением закончился. Утром все старые моральные ограничения вновь заняли свои позиции и пытались убедить его в том, что подобное суждение остается верным. Жизнь словно пыталась доказать Россу: удовлетворение желаний неминуемо влечет за собой разочарование. Правда, большинство людей считают иначе, однако это всего лишь распространенное заблуждение.

Первые правила этого урока Росс усвоил десять лет назад. Но тогда он еще не был таким сластолюбцем, поэтому вряд ли мог что-то в этом понимать. А вот отец Росса всегда был сластолюбцем и циником. Он знал цену любви и принимал ее такой, какая она есть. Разница между отцом и сыном состояла не в том, что Росс был холоден по натуре (это было далеко не так), а в том, что он слишком многого ждал от любви.

В то утро Росс особенно остро ощутил свое одиночество. Он думал о том, возможно ли получить от жизни удовольствие, если все, как и он сам, в конечном итоге испытывают разочарование?

Но так было не всегда. Детство Росса было безоблачным и довольно счастливым. Затем он в полной мере вкусил все прелести и опасности военной службы. А вот разочарование настигло его только по возвращении домой. Оно делало безуспешными все его попытки выработать собственную жизненную философию и обращало в прах все, к чему он ни прикасался.

Росс положил косу на плечо и зашагал на сенокосные угодья, которые тянулись от яблоневого сада в северо-восточной части долины до самого Уил-Лежера. Огромный луг был огорожен – где стенами, а где живой изгородью. Трава выросла высокая и сочная, а за последнюю неделю солнце успело хорошенько ее подсушить, так что накосить нынче можно было гораздо больше, чем в прошлом году.

Росс снял сюртук и набросил его на большой камень в углу поля. Он был без головного убора и сразу почувствовал, как пригревает утреннее солнце. Неудивительно, что в стародавние времена люди поклонялись этому светилу, обожествляя его. Особенно здесь, в Англии, в краю туманов и затяжных дождей, куда переменчивое солнце заглядывает не так уж и часто.

Росс принялся за работу. Слегка нагнувшись вперед, он ловко поворачивался, делая взмахи в виде широких полукружий. Трава неохотно поддавалась и плавно ложилась на землю. Иногда под косу попадали островки сиреневой скабиозы, белой ромашки, ажурного кервеля и желтых лютиков, которые выросли в неположенном месте и теперь разделили печальную участь травы.