– Ты ранена, – сказала Красимира.

– Главное – ты жива, – прошептала Ярослава и устало прикрыла глаза.

Красимира обратилась к Божане:

– Помоги снять с нее доспехи. Надо остановить кровь, иначе она умрет от потери крови.

Божана попыталась расстегнуть ремешки на доспехах, но от крови они разбухли, тогда она вынула кинжал и принялась им резать ремни.

Когда доспехи были сняты, Божана и Красимира переглянулись.

– Слишком серьезные раны, – вполголоса проговорила Божана.

– Да, – сказала Красимира. – Я буду ее сама лечить. Но боюсь, что она не выживет.

Занимаясь Ярославой, они не заметили, как к ним подъехало несколько всадников в стальных доспехах.

У самого молодого, почти мальчика, на плечах был символ княжеской власти – пурпурный плащ.

Другой молодой человек в таком же княжеском плаще соскочил с коня и бросился к Божане.

Это был князь вятичей Вячеслав.

Он обнял Божану и стал ее целовать прямо в испачканное кровью лицо. Заплакал ребенок, до сих пор лежавший в свертке тихо, словно понимавший, что нельзя мешать матери сражаться за его жизнь.

Вячеслав отстранился:

– Что это?

– Это твой сын, – сказала Божана и осторожно приоткрыла лицо ребенка.

Вячеслав вгляделся в лицо ребенка. Ребенок улыбнулся ему.

– О, боги! – воскликнул Вячеслав.

– Хочешь его подержать? – спросила Божана и протянула Вячеславу сверток.

Вячеслав осторожно взял сверток и, не удержавшись, поцеловал ребенка в лобик.