Аманда бесконечно гордилась обоими сыновьями. Только никак не могла понять, в кого они оба удались такие сообразительные. Герберт говорил, будто у него в родне был кто-то умный, но что он имел в виду, она запамятовала.

Надо ли говорить, что Аманда страшно обрадовалась звонку Аллана Карлсона! И он, и все его друзья будут на Бали самыми желанными гостями! Она прямо сейчас и обсудит все это с Алланом-младшим; если вдруг будут проблемы с номерами, пускай просто выкинет лишних постояльцев. И она позвонит Мао в Абу-Даби, пусть приезжает в отпуск! Да, коктейли и всякие прочие напитки у них в отеле, конечно же, подаются, и с зонтиками, и без. И да, Аманда обещает сама их не подавать и в это дело не вмешиваться.

Аллан отвечал, что скоро появится на Бали вместе с друзьями. И в завершение разговора добавил несколько ободряющих слов в том духе, что вряд ли на земле есть более понимающий человек, чем Аманда. Сказано было до того красиво, что у Аманды слезы выступили на глазах.

— Приезжайте поскорее, голубчик Аллан! Поскорее!

~~~

Прокурор Ранелид начал пресс-конференцию с того, что с сожалением дезавуировал свидетельства полицейской собаки Кикки. Именно она в свое время указала на следы трупа на той дрезине у Окерского Завода, что, в свою очередь, привело к ряду допущений со стороны прокурора — логичных, если исходить из корректности собачьих показаний, но по сути глубоко неверных.

Как выяснилось, упомянутая собака как раз накануне всех этих событий попросту сошла с ума, и полагаться на нее не стоило. Иными словами, никакого трупа в указанном месте никогда не было. Однако, как только что стало известно прокурору, эту собаку только что усыпили — на его взгляд, вполне разумное решение инструктора-кинолога (что Кикки на самом деле уже ехала в это время, под другой кличкой, к брату кинолога в Хэрьедален, прокурор так никогда и не узнает).

Далее прокурор Ранелид с сожалением сообщил, что полиция Эскильстуны не проинформировала его о новом, весьма достойном евангелическом направлении деятельности группировки «Never Again». Знай прокурор об этом заранее, он бы, несомненно, дал следствию совершенно иные установки в том, что касается направления поиска. Так что в выводах, сделанных прокурором, соответственно, отчасти виновата свихнувшаяся собака, отчасти — предоставленная полицией ошибочная информация. За что прокурор Ранелид хотел бы попросить прощения — от имени полиции.

Что же касается случайно обнаруженного в Риге тела Хенрика «Хлама» Хюльтэна, то это требует нового, отдельного расследования. Дело же о другой смерти, Бенгта «Болта» Бюлунда, напротив, уже закрыто. Имеются, мягко говоря, весомые указания на то, что Бюлунд вступил в Иностранный легион. Более точно это проверить невозможно, поскольку туда принимают под любым псевдонимом. Однако практически очевидно, что Бюлунд стал жертвой теракта, произошедшего в центре Джибути несколько дней назад.