— Ну? — спросил он хромого.

— Неутешительные новости, герр ортсгруппенляйтер, — пробормотал тот. — Никто не видел в селе постороннего.

— А у Вернера Хайнриха ты был?

— И он не видел.

— А Штибер?

— И с ним разговаривал, а он спрашивал у соседей.

Венклевиц нерешительно оглянулся на офицеров.

— Вы слышали? — спросил он у Мохнюка.

— Однако преступник должен быть в селе. Иначе ему просто некуда деться...

Ортсгруппенляйтер подумал немного и сказал:

— Сейчас я поговорю еще с фрау Шеринг. У нее такие глаза, что видят сквозь стены... — указал он на дом напротив. — Может, господин офицер желает пойти со мной?

Ортсгруппенляйтер стал переходить через улицу, но Бобренок вдруг остановил его решительным жестом. Принюхался и спросил:

— Вы ничего не чувствуете?

Венклевиц согнулся и снова снял шляпу.

— Что я должен чувствовать, господин офицер?

— Запах... Будто кто-то сжигает...

Венклевиц пожал плечами:

— На улице тепло, и вряд ли кто-то затопил печку. Разве что плиту...

— Пахнет горелой материей, — сказал Бобренок уверенно. Принюхался и добавил: — Да, жгут одежду, кажется, там — вон, видите, дымок из трубы... — показал на дом в полсотне метров от них.

— Там живет фрау Штрюбинг, — пояснил ортсгруппенляйтер.