Сайхун был смущен. Раньше это казалось ему совершенно ясным; теперь же он не понимал, отчего все вдруг стало таким сложным. Возражения Бабочки были вполне логичны, но вот окончательные выводы совсем не казались приемлемыми.

– Чувство вины возникает, когда человек соглашается с тем, что его действия были неправильны. Но чувство вины – это болезнь, – продолжал Бабочка, – и единственным лекарством от нее может быть только настойчивое стремление вперед. В жизни неизбежно возникают ситуации, когда человек вынужден совершать ошибки. Обычно люди скрывают свой страх ошибок. Только совершенный может признать, что его действия были неверными, и никогда не повторять этого снова. Такая личность не только устранит из своей жизни слабости, но также избавится от необходимости чувствовать вину.

– Послушай, Старший Брат, бросай молоть всякую чепуху, – угрюмо прервал его Сайхун. – Почему бы тебе просто не признать, что ты неправ?

– А теперь ты пытаешься судить меня. Кто ты такой, чтобы судить меня? Разве у людей есть право судить друг друга?

– Существуют законы и правила.

– Закон – это условность, придуманная человеком, это искусственный, произвольно взятый стандарт. Я не вижу для себя причин одевать на шею подобное ярмо. Пусть к законам прислушивается всякая серость. Пусть условностями занимаются те, кто лишен воображения. Я же не могу согласиться с такой фальшивой вещью, как мораль.

– Ты превратился в монстра, извращающего сами понятия праведного образа жизни. – Сайхун чувствовал, что начинает злиться.

– Все, чем ты занимаешься, – просто сидишь здесь и выливаешь на меня ушаты обвинений. Ты не говорил бы так, если бы жил моей жизнью. Тот, кто берется обвинять и осуждать других, вначале должен спросить себя, есть ли у него особое право считать себя выше других. В сущности, все рождаются равноправными. Так что не торопись судить других.

Бабочка вздохнул и поднялся на ноги.

– Все, что меня привлекает, – это возможность поглубже узнать жизнь и исполнить предназначение, данное мне судьбой, – заключил он.

Мгновение Сайхун раздумывал. С его точки зрения, это было идеальным смыслом жизни.

– Все мы приходим в эту жизнь с определенной судьбой, – задумчиво произнес Бабочка, внимательно вглядываясь в неподвижную воду. – Выполнить свое предназначение – вот единственная важная цель. Это требует абсолютной честности. Кроме того, я никогда даже не пытался быть нечестным. Я принимаю себя таким, каким я есть. Я не обманываюсь всякими придумками но своему поводу. Я не ослепляю себя мыслями об идеальном образе Жизни, которые внушают мудрецы или книги вроде «Семи бамбуковых таб-Дичек»; и я не привязываюсь к этому. Какой абсурд! Священные письмена создавались людьми, а не богами. Почему я должен соглашаться с ними? Нет, я, конечно, твердо решил жить честно. Но я не буду уродовать свою жизнь по поводу предубеждений других. Я соглашусь со своей судьбой, какой бы она ни была; но я проживу свою жизнь по-своему. Моя жизиь будет построена на моих собствеиных стандартах правильного и неправильного. Так дай мне возможность исследовать мою жизнь, созерцать ее, найти, в чем ее смысл. Только тогда я смогу жить, не связывая себя пустыми иллюзиями.