— Ну, ты же эксплуатируешь меня?

— Не понял… — я чуть не подавился последним куском, настолько неожиданными были ее слова. — Что ты имеешь в виду?

— Да я шучу! — Сонечка расхохоталась так громко, что на глазах у нее выступили слезы. — Увидела, что разговор тебя смущает, вот и не удержалась. Не бери в голову, я просто дурачусь. Может, вина?

— Да, пожалуй… — я с трудом доел злосчастную курятину, та уже не лезла в горло. — Ты застала меня врасплох.

— Непривычное ощущение? — подмигнула она. — Я и не то могу. Ты, наверное, думаешь, что я обычная училка провинциальная. Простушка из колхоза. Что меня легко обмануть, мною легко манипулировать. Ведь так?

— Ничего такого я не думаю! — вскинулся я, но в ответ раздался новый взрыв смеха.

— Второй раз попался! Да что с тобой сегодня? Вроде, такой взрослый, серьезный человек, а попадаешься, как маленький, на детские разводки!

— Видимо, я и есть еще ребенок, — попробовал отшутиться я.

— Тогда тебе нельзя вино, — Соня спешно отдернула протянутый бокал. — Я, как педагог, не могу допустить…

Мы все-таки выпили. Потом еще. Мне было просто необходимо отвлечься, расслабиться, и обстановка более чем располагала. Конечно, в любой другой ситуации я ни за что не позволил бы посторонней девушке так фривольно обращаться с собой. Но сегодня я так устал… Устал за весь этот безумный месяц. Завтра, уже завтра у меня последний урок, завтра я встречусь с громобоями. Но лишь завтра. А сегодня — приятная особа, что сидит в кресле напротив меня, поджав стройные ножки и обворожительно улыбаясь. Ни о чем таком недопустимом я старался не думать, а разве может ослабнуть контроль от одной бутылки виноградного сока? Ну, даже от двух. Нет, мы просто посидим, пообщаемся, посмеемся над дружескими шутками.

Кажется, в какой-то момент времени мы сели ближе друг к другу, а общение из нейтрально-невинного вдруг стало довольно-таки откровенным. И темы вдруг стали подниматься такие… На которые я и с друзьями-мужчинами не очень-то охотно распространяюсь. Затем наши руки встретились в каком-то случайном жесте, и я почувствовал, что понемногу теряю контроль.

— Мне кажется, — заметила Сонечка, потихоньку запуская ладошки мне под ворот. — Тебе не стоит сегодня спать на полу.

— Почему это? — спросил я, прекрасно, меж тем, понимая, что именно она имеет в виду.

— Ну, потому что… Мне будет холодно.

— Ты отдашь мне свое одеяло?

— Возможно и так, — она уже сидела у меня на коленях. — Но ты ведь не позволишь мне замерзнуть? Не бросишь меня?

— Не брошу, — пообещал я.

Боже, что я несу! И выпил-то всего-ничего, а уже поплыл, как восьмиклассница от второго стакана портвейна. Но… Она так близко. И от нее так вкусно пахнет… Кажется, я попал. Губы, тонкие губы в обрамлении золотистых волос… Красные, пошлые, яркие губы… Манящие.